Прежде чем страховочный фал натянулся и воздействовал на него силой прямо пропорциональной инертной силе ускорения, Грек почувствовал, что несколько раз успел перевернуться вокруг своей оси, словно палка брошенная кем-то, кто бросая ее, держал только за один конец.
Падение с ускорением прекратилось и, Маер облегченно вздохнул. Теперь он мог отрешиться от всего и просто остаться наедине с собой, чтобы подумать, о том, что делать дальше. Пока он тут, они там внутри хоть глотки пускай грызут друг другу. Ему все равно. Ему снова предстояло принять решение. Решение, вытекающее из последствия его прошлого решения, а выход в открытый космос, очень неплохо способствовал восстановлению нервной системы и стимуляции активной работы мозга. Так считал Маер. И это не вывод ученых, это его небольшой личный предрассудок, который он уже не раз, за свою профессиональную карьеру, воплощал в жизнь.
Потянув за трос, он перевернулся. Смотреть на планету сейчас не было никакого смысла. Едва различимые контуры бурь, севернее экватора, были поглощены темнотой здешней ночи. А вот прямо над ним, если брать положение планетарного тела условно за «низ», висел СИД. Когда звезда покажется из-за лимба Беты, он словно засветится весь бликами отражений ее ультрафиолетового света, насыщенного гамма-излучением, обилие которого на столь близком расстоянии превышает излучения Солнца, за счет очень частых и активных коронарных выбросов. Но сейчас он был черный. Лишь свет излучаемый панорамой, витражом кабины пилотов, шлюзовой камеры и сигнальных огней на контурах каждого модуля, создавали вид выглядывающего из темноты монстра. Четыре шарнирных опоры, на каждой из которых установлены термоядерные позитронные турбореакторы, были сложены и аккуратно прижаты к корпусу, от чего судно походило на гусеницу, с конусообразным модулем управления и расширяющимся сигментовидным телом далее. Немного сбоку сверкал серебристо-матовый корпус С-2, Совсем миниатюрный по сравнению с головным судном. Дальше за опорами, буксировочная стыковка. Сцепки, как щупальца осьминога, хаотично застыли в пустоте. Какой-то час назад они удерживали груз из восьми овальных траулеров, облитых свинцом и графитом, для транспортировки радиоактивных грузов. СИД казался значительно меньше без груза, но все же, его грозный вид, вызывал восхищение и уважение к тому, кто создал это гигантское произведение инженерной науки и новейших технологий.
Земля требовала все больше и больше сырья для расщепления атома. Полисы и предприятия компаний, транспортная сеть аэродинамических или электромагнитных перевозок, с каждым годом расширяясь, требовали еще больше энергии, еще больше электричества. Станции, превращающие обогащенную руду в энергию, вырастали из земли с геометрической прогрессией. Каждое предприятие, каждая компания владеет сотнями станций, которые только и успевают вытряхивать из своих реакторов отработанный стронций и уран. Вот почему он здесь. Вот почему он делает это, рискуя жизнями своих людей.
Он снова отвернулся от судна и уставился в темноту планеты.
Все это задумано лишь с той целью, чтобы не отравлять свой дом, Землю, Солнечную систему, отходами, способными нанести непоправимый вред человечеству и его колониям. Вот за что, каждый из них ставит на контрактах свои биометрические подписи и за что получает довольно не малые гонорары.
Но что же там произошло? Там под куполом желто-серой газовой пелены, среди черных камней и скал. Что стало с еще совсем молодым парнем, так хотевшим быть пилотом и так хотевшим именно в эту экспедицию, ставшую для него последней.
Погруженный в свои мысли Грек Маер не вел отсчета времени и скорее всего он не мог определить, сколько минут, а может часов, провел, болтаясь в открытом космосе на страховочном фале. Фал периодически, то вытягивался ровной дугой, оставляя командира как бы позади головного судна, то собирался волной, становясь похожим на условную кривую на экране древнего осциллографа.
Бета медленно и незаметно для гостей из другого мира, так же беспечно, как и миллиарды лет до их прибытия в ее владения, продолжала свой безмятежный путь вокруг Проксимы Центавра, пока та еще незаметнее продолжала свое путешествие по Млечному Пути.
Вздохнув, Маер решил, что хотя новых мыслей в его голове не прибавилось, старые все же встряхнулись и встали на свои места. В сознании появилось четкое представление того, что требовалось делать дальше и первым делом, необходимо было как можно скорее вернуться на СИД. Пора начинать разряжать обстановку внутри экипажа, пока они не перебили друг друга шлемами защитных костюмов.
Маер провел закованными в экзоматериал пальцами по дисплею планшета, осветив его наплечным фонарем и тот «очнувшись» начал предлагать выбор из нескольких стандартных команд. Палец шагнул к надписи управление лебедкой и устройство тяги на массивном поясном креплении пришло в движение. Фал сначала выпрямился, а потом натянулся как струна и немного рывком, стал подтягивать плавающего в свободном полете человека.
