Новый шаг и я почувствовал под стальной обрезиненной подошвой сапога правой ноги небольшой камень, как мне показалось, он был где-то размером с кулак. Нога пошатнулась. Я выругался, но ногу не убрал и шагнул дальше.
Внезапно камень раскололся и выскочил из-под ноги. Я потерял равновесие, взмахнул руками и упал. Зачем-то зажмурился, когда падал. Открыл глаза, лежа на спине. Выругался и начал подниматься.
Стержень я выронил. Он отлетел вперед и, звякнув о каменную преграду, упал. Скала оказалась даже ближе чем я думал. Теперь я смутно, но различал сквозь туман ее черную шершавую поверхность.
Надо же. Я вздохнул. Как глупо вышло. Появилось чувство облегчения. Страх моментально отступил, заставив меня усмехнуться и почувствовать себя глупо и нелепо. Я поднялся на ноги и, вздохнув, помотал головой. Наслушался бредней Марка. Это все камни. Ну, кто тут может быть кроме них! Чувствуя себя ужасно глупо и зная, что точно никогда никому не расскажу о том, как я испугался камнепада, я для пущей уверенности и чтобы доказать самому себе, что страхи были беспочвенными, шагнул уверенно вперед, навстречу скале, о которую ударился мой стержень. Шагнул, но попал в пустоту. Шагнул опять, но скалы так и не было.
Я подобрал стержень и сделал еще несколько шагов вперед. Скала оказалась метрах в шести от того места где я упал и выронил его.
— Быть не может…
Мне что показалось? Я же отчетливо видел, как металлический предмет ударился о камень и отскочил, я же слышал звонкий звук удара. Быть может из-за тумана расстояние до скалы, мне виделось значительно меньше, а не шаг-полтора, как я думал? Может у меня тоже отравление парами аммиака? Может у меня галлюцинации как у Марка? Я проверил герметичность костюма, но система жизнеобеспечения показала, что все функции костюма работают в штатном режиме.
Ну да ладно. Нужно просто поскорее убираться отсюда. И без того задержался дольше отведенного времени. Коллу придется довольно долго задерживать Лену. Еще и связи нет! Видно дело не только в предохранителе блока связи. В итоге решив, что думать о происходящем буду сидя в светлом и теплом лобби СИД, сытый и выспавшийся я, подобрав изуродованную метку, немедля больше не секунды, поспешил вниз.
Представляю, как нервничает от всего этого Лена. Она меня порвет, когда я вернусь. Как интересно там Марк? Пришел он в себя? А Марта? Что она интересно там делает? Кажется ей вообще плевать на исход миссии и на судьбы экипажа. Она, наверное, собирает камушки в свой бокс и снимает валуны на видео. Интересно думает ли она обо мне? Ведь понятно уже всем, где я и что делаю. Да конечно, это моя первая экспедиция с этими людьми. Я не успел еще должным образом влиться в этот коллектив, я еще новичок для них, если вовсе не чужой.
С этими мыслями, стараясь думать о команде и выбросить из головы страх перед практически наступившей ночью, странными звуками похожими на шаги и скалами, которые оказываются то ближе то дальше, я двигался вперед, ведомый огромным желанием что бы, наконец, закончился бы весь этот кошмар.
Время, отведенное Коллом, на замену метки должно истечь ровно через десять минут. Сейчас, по его расчетам, я должен быть уже на совсем близко к взлетно-посадочному модулю. Я снова попытался выйти на связь, на ходу обновив данные связи, но сигнала все так же не было. Активировав на консоле управления защитным костюмом, навигационную программу, я не удивился когда понял, что и она не принимает данные от главного координата ‒ «Орфей». Значит, они меня не только не слышат, но и не видят. До того места, где я оставил квадроцикл, оставалось двигаться около минуты. Ошибиться дорогой было не возможно. Идти нужно было вдоль обрыва кратера и, в самом начале подъема стоял мой транспорт. Я шел, как мог быстро. Серая пелена тумана за какие-то секунды стала еще гуще и темнее. Экзоматериал костюма хрустел при каждом движении моего тела от критически упавшей температуры. Наступала почти кромешная темнота. Холодная, мертвая и жуткая темнота Проксима b. Экран консоли сообщал мне о понижении температуры окружающей среды до ста пятнадцати по Цельсию ниже нулевой отметки.
В какой-то момент, когда я спускался по узкому проходу, все время упираясь в огромные валуны и выступы, пока по левую руку не открылась пропасть кратера, я снова услышал звук шаркающих шагов, только он прозвучал еще громче и на этот раз его не сопровождал грохот падающих камней. Оборачиваться смысла не было, я бы все равно ничего не увидел. О страхе я старался не думать, зная, что скоро уже окажусь верхом на квадроцикле, надавлю на акселератор и никто, вымышленное оно или нет, меня уже не догонит. И все же чувство того, что меня кто-то преследует, не покидало меня ни на мгновение.
Я подавлял в себе страхи, заставляя думать, что все слышимое и возможно видимое мной лишь плод воображения, подстегнутого бреднями Марка и последствия слишком длительного нахождения в среде другой планеты, что само по себе действует на психику не лучшим образом.
