Да, хозяйка мне досталась боевая. Я провел день в поисках вакансий и составлении резюме. Сделал кучу откликов и звонков, получил несколько заверений, что мной заинтересовались. Так пролетела неделя, не принесшая результатов. Однажды Раиса Ивановна, убираясь в комнате, прочитала рукописный черновик нового резюме. Тонким чеканным почерком она молча дописала внизу страницы: «Дополнительные способности: приношу удачу». Увидев это, я широко улыбнулся.
После этого случая я решил принести себе удачу сам и, откопав визитку, набрал номер Кристины.
– Добрый день, Кристина. Это Дмитрий. Мы познакомились неделю назад, я спас вас от отравленной клубники, – я писал этот текст минут десять, но ничего иного придумать так и не смог.
Ответ пришел ближе к полуночи – время, которое приличные люди у меня на родине посвящают подготовке ко сну.
– Привет Дима. Рада, что помнишь. Приезжай через час в кафе N.
– Какой же я дурак, – думал я. – На дворе ночь, и я не понимаю, куда и зачем вообще еду.
Моё настроение до основания разрушила Раиса Ивановна.
– Ты чего весь измотался-то? На свидание собираешься на ночь глядя? – Нет, по вакансиям ответили.
– А почему тогда ты весь побелел? Мне кажется, ты всё же к девушке едешь. Смотри у меня, если сюда кого приведешь, я тебе твой краник в олимпийский морской узел завяжу!
Я остановился как вкопанный. Что за чудная женщина!
– Да ладно, шучу, Дима, я бабка старая, не понимаю ничего. Ты ступай, – по-матерински ответила она, явно наслаждаясь ситуацией от всей души.
Кое-как одевшись, я побежал в метро. По дороге, в вагоне, на всякий случай я поискал, что такое «олимпийский морской узел», и немало встревожился. Словно чувствуя это, Раиса тут же прислала сообщение: «я тут подумала, с олимпийским узлом я погорячились…» И следом второе сообщение: «Не получится он у тебя, длина не та…»
Давясь одновременно смехом и обрастая опасениями, с кем же я живу, я поклялся выяснить у Маши, кого она подсунула мне в сожительницы.
На встречу с загадочной Кристиной я все же успел. Вернее, почти успел. Оставалось еще несколько минут, но она уже сидела внутри. Краснея, я вошел в кафе.
– Нестандартно, правда? Я люблю приходить раньше назначенного. Так вызываю уважение партнеров по работе, а в личной жизни показываю свое превосходство и независимость, – ее речь звучала легко и непринужденно, здесь она была в своей стихии.
– Думаю, я возьму этот прием на вооружение, – я решил во что бы то ни стало казаться уверенным в себе.
– Пить будешь?
– Нет, спасибо, я как-никак на рабочей встрече.
– Ахах, – она рассмеялась, – ты так сильно искришь напряженностью! Нам два бокала вина, пожалуйста. Ты же не против французских вин?
– Нет, обожаю Францию.
– Ты там бывал?
– Нет, конечно, просто изучал её культуру и историю.
– Просвети-ка меня, пожалуйста.
Тогда я ещё не знал, что Кристина была во Франции три раза и не понаслышке знакома с её культурой и кухней. Я рассказал ей про пещеру Ласко; про легендарный Нотр-Дам и потрясающий Шартрский собор, про Эдуарда Мане и Огюста Ренуара…
– И смех и грех, – прервала она, – даже не знаю, восхищаться тобой или жалеть.
– У вас тут искусством называют иные вещи, я смотрю, – как обиженный ребенок, запротестовал я, – твоя сумочка стоит, как зарплата за полгода в моем родном городе, – вот это искусство, правда?
Я выстрелил наугад, но, видимо, с сумкой угадал. Кристина долго смотрела на меня, а потом громко засмеялась. Во время смеха она приподняла голову наверх, обнажая красивую шею и ключицы.
– Говоришь, как девственник, – чеканя каждую букву, глядя в глаза, произнесла она.
– Причем тут это?
– Ахах, – опять звонкий смех и эта соблазнительная шея, – ты девственник по своей природе. Тебя никогда не имела жизнь, как имеет людей Москва, а если такое случалось, то у тебя пока не хватает ума извлечь из этого уроки и научиться давать отпор. А может, и женщину ты не знал…
– Я все знал, поверь, – разговор летел в жерло вулкана.
– Да? Докажи. Давай займемся сексом прямо здесь, – она наклонилась ко мне.
– Я не против, – скрывая испуг, промямлил я.
– И чувства юмора у тебя нет… У тебя голова того и гляди взорвется от потока похотливых идей, успокойся, я пошутила, – мирно сказала Кристина. – Давай ты просто проводишь меня до дома.
– Стендап какой-то, – раздраженно ответил я и попросил счет.
По дороге из кафе Кристина была весела и приветлива, словно и не было унизительных шуток получасом ранее. Она рассказала, как три года назад приехала в Москву, перепробовала кучу направлений.
– Ты знаешь, за эти три года, набивая шишки, я каждой клеткой своего тела впитала смысл фразы «Москва слезам не верит». Да и вообще, всей Вселенной в целом наплевать на твои слезы и синяки. Я научилась не винить никого и ни в чем, не закрываться от мира при неудачах. Я как машинист в метро: еду от точки до точки, иногда приходится останавливаться на станции «Неудача» и «Предательство», но на них я не задерживаюсь. Мне надо торопиться, ведь впереди много других, счастливых, остановок. Я верю в это.
Услышав про метро, я рассказал ей про своего нового лохматого друга.
