Прежде всего хочу сказать огромное спасибо моим друзьям, которые поддерживали меня в моем творчестве. Особенно Виктории и Фернандо. Я рада, что вы у меня есть.
Цифры электронного табло показывали точное время — 20.38. Самолет рейса Женева — Москва пять минут назад приземлился в аэропорту Шереметьево-2. Среди его пассажиров, получавших багаж, нельзя было не заметить высокую, под сто восемьдесят пять сантиметров, девушку спортивного, даже несколько мускулистого телосложения, лет двадцати двух.
Издалека могло показаться, что ее светлые волосы коротко подстрижены, но при более близком рассмотрении становилось очевидным, что они собраны сзади в хвост, который опускался почти до самых лопаток, а на лоб спускалась довольно длинная челка.
Ее фиалковые глаза были спрятаны за темными стеклами изящных очков. Одета она была в синий брючный костюм, что делало ее гораздо больше похожей на юношу, чем на девушку.
Она ловко подхватила внушительных размеров чемодан и спортивную сумку, будто они ничего не весили, затем предъявила в соответствующее окно паспорт европейского образца. В нем значилось: Алекса Килмон. На самом деле ее подлинное имя было Александра, хотя ей больше нравилось, когда ее зовут Алекса.
Утверждение о том, что она является подданной Италии, тоже, мягко говоря, не соответствовало действительности, хотя никто об этом и не догадывался.
На самом деле она родилась в России, но только в 1116 году. Сейчас ей было больше восьмисот восьмидесяти лет, ибо она была не человеком, а вампиром.
Выйдя из здания аэропорта, она тотчас поймала такси и сказала с легким акцентом — это было у нее всегда, когда она начинала говорить на языке, на котором долго не общалась:
— До гостиницы «Россия», — Ей было стыдно в этом признаться, но других она просто не знала. Она не была в Москве почти девяносто лет.
— Двести баксов, — тотчас откликнулся водитель. Алекса согласно кивнула, хотя цена была явно сильно преувеличена, но ей было все равно. За долгие годы, века у нее накопилось приличное состояние, так что она могла позволить себе все, что угодно.
Машина тронулась с места, унося ее к ночной Москве. Город открывался ей, нашептывал свои тайны.
Алекса с любопытством смотрела на мелькающие мимо машины, улицы, дома и все больше убеждалась, что тот город, который она знала когда-то, безвозвратно исчез в пучине времени. О нем напоминали лишь редкие дома и улицы, все остальное было новым. Все это вызвало у Алексы легкую грусть. Но ничего, она сможет полюбить этот город заново, не в первый раз. Она уже привыкла видеть, как мир меняется вокруг, и не могла не согласиться с тем, что и сама менялась вместе с ним.
Несколько раз водитель пытался завести разговор, но Алекса отвечала короткими фразами. Она была не расположена к беседе, она слушала город.
Расплатившись с водителем, она вошла в многоэтажное здание гостиницы и сразу твердым шагом направилась к администратору. Сначала он пытался что-то говорить о том, что номера принято заказывать заранее, но Алекса дополнительно выложила пару крупных купюр со словами:
— Надеюсь, это поможет решить все неудобства.
— Да-да, конечно, — ответил администратор, поспешно убирая купюры. — Надеюсь, вас устроит седьмой люкс? Знаете, в нем останавливались такие известные люди, как…
— Вполне, — прервала его излияния Алекса, забирая ключи от номера и направляясь к лифту.
Тут же подскочил портье, чтобы помочь ей отнести вещи.
Номер был неплох, конечно, не такой шикарный, как в «Ритц» или «Хилтон», но все же очень уютный. Когда портье, получив чаевые, удалился, Алекса вывесила на дверь табличку с просьбой не беспокоить.
Достав из чемодана необходимые вещи, она направилась в ванную. После долгого путешествия она чувствовала себя просто пропитанной пылью. Это было не физическое, а скорее психическое ощущение.
Конечно, она могла бы всего этого избежать — вампиры, во всяком случае некоторые, умели летать, и она могла бы прилететь в Москву своим ходом намного быстрее, но это было и более рискованно. Алекса, несмотря на все неудобства, любила путешествовать людскими видами транспорта. Ее удивляло, каких высот достигла человеческая мысль: ведь она смогла поднять в воздух самолет — эту груду всевозможных механизмов и металла.
А сейчас она с наслаждением подставляла свое тело тугим струям горячей воды — этому маленькому чуду. В те времена, когда она была человеком, о подобном нельзя было и помыслить. Чтобы вымыться, приходилось долго таскать и греть воду, да и проделывалось это не слишком часто.
Выйдя из ванны, она насухо вытерлась мягким полотенцем и оделась в черные брюки и светло-серую рубашку, которую даже не до конца застегнула.
