«Видимо, уже все знакомые знают о том, что я в поиске спутника жизни. Это такая нелепость! Каждая подруга считает своим долгом познакомить меня хотя бы с одним свободным мужчиной из своего круга», – опять размышляла Жанна. Когда ассортимент знакомых заканчивался, подруги виновато вздыхали и произносили: «Ну, значит, не судьба! Но ты непременно скоро встретишь своего принца! И выйдешь замуж, и все у тебя сложится хорошо, ты же умничка и красавица».
Так прошло почти пять лет. «Я все еще умничка и красавица, и скоро непременно все сложится», – подбадривала себя Жанна по дороге на корпоратив. Хорошо, что она сегодня была в роли пассажира – можно долго смотреть в окно и думать о своем самом сокровенном.
На мероприятии было полно народу: кто-то общался небольшими компаниями, кто-то бурно что-то обсуждал, кто-то участвовал в конкурсах и веселились. Людей было очень много, отчего Жанне стало неуютно. Она никого не знала и ни с кем не хотела общаться, а подруга, как назло, решила поздороваться со всеми коллегами и оставила ее одну рядом с самоваром и кренделями.
– Какая красивая барышня! Угостите чайком? – раздался сзади голос со знакомым акцентом.
«Ну конечно же сюда приглашены и партнеры!» – моментально поняла Жанна и, обернувшись, расплылась в улыбке:
– Привет, Пьер! Как тебе русская Масленица?
– Я очень рад тебя видеть, Жанна. Привет! – искренне улыбнулся Пьер и поцеловал ее четыре раза в обе щеки. Так принято у европейцев здороваться.
На последнем поцелуе он задержался чуть дольше обычного, но она никак на это не отреагировала.
Пьер не отходил от нее почти весь день. Он по-прежнему был не в ее вкусе, но оказался очень интересным человеком. Он был очень начитан и, казалось, знал обо всем, что бы у него ни спросили.
– Жанна, давай сходим куда-нибудь? – предложил он напоследок. – Просто поужинаем, или посмотрим спектакль, или, хочешь, погуляем? Как друзья.
– Хорошо, – быстро согласилась она, хотя было немного обидно слышать последнюю фразу.
«Интересно, у него кто-то есть? Ну конечно, наверное, у него жена или бывшая жена и куча детишек! Может быть, там, в Лионе, или даже в Москве… И он любезно ужинает со всеми девушками и непринужденно болтает! Куда я лезу? Зачем мне это нужно? Я даже не представляю, каково это – встречаться с иностранцем! Другой менталитет, образ мыслей, привычки, традиции – все другое!»
Они встретились один раз, потом другой, третий. Пьер был галантен и обходителен, но никогда не позволял себе ничего лишнего, вел себя так, будто она его старая приятельница. Ей стали нравиться эти встречи, всегда было интересно беседовать на новые для нее темы. Иногда он знакомил ее со своими товарищами – такими же незаурядными личностями. Они могли встретиться в кафе, а потом незапланированно поехать в гости к его друзьям – семейной паре очень гостеприимных швейцарцев. Это была абсолютно новая для Жанны жизнь, другой уровень.
То ли под действием весны, то ли из-за того, что Пьер не обращал на нее никакого внимания как на женщину, она начала находить в нем все больше положительных качеств и взглянула на него под другим углом.
В сентябре случилась неприятность: Жанну уволили с работы – сократили должность, – и, как назло, она «попала на деньги» с ремонтом любимой машины. Квартира на окраине Москвы, которую они с мамой и Ангелиной снимали, стала им не по карману. Несмотря на то что какие-то сбережения у них были, надолго этого бы не хватило.
Пьер, как верный и преданный друг, предложил им пожить у него. Ему фирма оплачивала двухкомнатную квартиру на Самотечной улице, рядом располагались облагороженный городской парк и прекрасный итальянский ресторанчик.
Жанна не хотела ни от кого зависеть, но вариантов не было. Два месяца она тянула время и безуспешно пыталась найти работу. Начавшаяся дождливая осень окончательно убедила ее в том, что надо соглашаться.
– Пьер, это ненадолго. Спасибо тебе, но я скоро встану на ноги, подкоплю немного денег, и мы с мамой найдем новую квартиру. Мама тоже решила заняться делом и, пока Ангелина в саду, будет давать уроки игры на фортепиано, – начала оправдываться Жанна. – Но я уговариваю ее пойти работать няней в семью на полный день, ведь она очень любит детей! А Анжи растет, и ей уже не нужно столько внимания.
– Жанни, перестань! – Пьер часто называл ее на французский манер. – Живи, сколько нужно! Мне даже веселее будет. У тебя замечательная дочурка и мама, вы мне не помешаете. А если станете угощать борщом, то вообще хорошо!
Все подруги в один голос твердили: «Глупая! Хватайся за него и держись обеими руками! Где ты еще такого найдешь: богатый, умный, хорошо к тебе относится! Очаруй его и выйди замуж. Со временем и сама полюбишь! Такой шанс бывает раз в жизни – выйти за иностранца! Уедешь наконец отсюда, заживешь по-человечески!»
