— Сегодня мы собрались здесь на суд стай. По просьбе объединённой стаи Князева и Волковой суд будет открытым. Это значит, что все желающие и причастные могут присутствовать и участвовать в суде.
— Этот суд не на определение вины, поскольку вина доказана новым вожаком бывшей стаи Фонберина. В схватке на силу между вожаком Волковой и Фонбериным, Волкова взяла верх. Она сохранила жизнь Фонберину взамен на клятву и свою защиту по праву наших законов.
— С момента признания своего проигрыша Фонбериным, — судьи говорили один за другим ровными голосами и создавалось впечатление, что они едины, хотя голоса и были разными, но тон и сама манера говорить сливались в единую речь, — вожаком стаи стала Волкова.
— По праву вожака, она провела свой суд, где оправдала часть оборотней и взяла под свою защиту. А часть была оправдана и по их желанию освобождена от обязательств стаи. Оборотни стали вольными.
— Многие из здесь присутствующих приняли свободных оборотней в свою стаю. Все оправданные их вожаком пришли сюда добровольно в качестве свидетелей и под защитой своей стаи и вожака.
— Чтобы не мучить и без того искалеченные души, суд принял решение, вместо их личных показаний, посмотреть видео с суда стаи Волковой. По необходимости возможны дополнительные или уточняющие вопросы к любому из них.
Со своего места встал мальчишка секретарь и задал вопрос всем сразу.
— Есть ли предложения судьям по уже сказанному, передайте записки стражам.
В тишине и полумраке зала кто-то зашуршал, а потом несколько записок передали судьям. Они прочитали их и передали секретарю две из трёх согласно кивнув. Секретарь зачитал первую.
— Одна из стай спрашивает, согласился ли суд стай с приговором вожака Волковой. — На вопрос ответили сами судьи.
— Все материалы, которые судьи предлагают вам просмотреть были изучены судом и суд согласился со справедливостью решения вожака Волковой в оправдании всех, кто теперь свободен.
— Суд снимает с них все подозрения и лишает права стаи требовать или винить их в чём-либо, подтверждая статус жертв и вынужденных соучастников без права противостоять вожаку.
— Все их поступки против законов мира и стай приписываются вожаку, под чьей волей совершались.
— И эти обвинения семье Фонбериных судьи уже считают подтверждёнными.
Секретарь зачитал вторую записку.
— Могут ли стаи претендовать на новых членов, тех, кого похитили у них. Или принятые в новую стаю теперь их заложники.
— Волкова выиграла бой силой и стала вожаком всей стаи. Каждому, кого оправдали на суде стаи и кого стая согласилась принять, было предложено добровольно остаться или уйти. Как и в другие стаи все входили добровольно. Если кто-то претендует на членов стаи другого, они могут это обсудить с вожаками стай и не достигнув соглашения обратиться к судьям.
— Судьбу виновных, от кого отвернулась стая и кого вожак передал на суд, решаем мы и сейчас.
Третья записка была зачитана лично одним из судей. Мужчиной средних лет с родинкой в виде полумесяца под левым глазом, что создавало впечатление, что глаз «светится» банальным фингалом.
— От стражей поступила просьба к судьям не решать судьбу, а сначала определить вину обвинённых на основании исключения этих оборотней из стаи Волковой. — По залу пробежали шепотки. А я схватила за руку сидящего рядом Князева. — Судьи не могут отказать или согласиться.
— К нам поступило обращение о суде решающем наказание виновных от вожака Волковой, и оно было поддержано другими вожаками в большинстве. Волкова, будучи в своём праве, судила членов своей стаи и уже потом исключала виновных из стаи лишая своей защиты.
— Чтобы изменить саму цель суда с определения наказания на определение вины с наказанием, должны выступить вожаки в своём большинстве. Только так.
— Суд выносит этот вопрос на открытое голосование вожаков. Но только после просмотра показаний уже оправданных.
— Устраивает ли такое решение стражей. Прошу ответить обратившегося к суду.
К кафедре перед судейским столом подошёл Закир Сай-Шахбан. Он прочистил горло не громким кашлем.
— Меня устраивает такое решение. И я настаиваю провести голосование после открытого просмотра оправданных вожаком Волковой оборотней опросов.
Кажется, я проколола ногтями руку Николая Фёдоровича за которую схватилась, я почувствовала что-то мокрое и тёплое под своей ладошкой, а потом и запах крови. Я испугано опустила глаза на руку, а потом ещё более испугано перевела взгляд на лицо самого Князева.
— Дочка, не волнуйся. Мы и этот поворот событий просчитали. Даже больше, его мы ожидали больше других.
Он повернулся чуть боком и свободной рукой слегка сжал моё плечо. Я разжала ладошку и уставилась на свои ногти. Нет, не так, на свои звериные когти в крови. Мне передали платок из-за спины. Я машинально вытирала кровь со своей ладошки. Прослушала часть речей. Меня била мелкая дрожь. Я плохо себя контролирую. Это все о чём я сейчас могла думать. Когда паника уже стала меня поглощать, Князев приобнял меня за плечи и тихо прошептал.
