Ничего не изменилось и после подчинения флота непосредственно Ставке, где пост Верховного Главнокомандующего занял сам император Николай II. Почему-то считалось, что немцы попытаются прорвать центральную позицию, ведущую прямиком через Финский залив к Кронштадту и Петрограду. Поэтому все четыре новейших дредноута и устаревшие додредноутные линкоры «Андрей Первозванный» и «Император Павел I» всю войну простояли в Гельсингфорсе, ожидая форсирования противником центральной позиции. В итоге мощнейшие корабли Балтийского флота за всю войну ни разу не сделали ни одного выстрела по противнику. Это было возложено лишь на два устаревших линейных корабля – «Слава» и отчасти «Цесаревич» (после Февраля 1917 года, переименованного в «Гражданин»). Вот именно, что недаром во главе убийств офицеров в Кронштадте во время февральского переворота стояли матросы линейных кораблей, не участвовавших ни в одном бою.
Немцы тщательно готовились к проведению операции против Моонзунда, стараясь предусмотреть все непредвиденные обстоятельства. Более трехсот кораблей и судов, в том числе десять линейных кораблей, один линейный крейсер (флагман «Мольтке», на котором держал свой флаг адмирал Шмидт), девять легких крейсеров, шестьдесят восемь нефтяных эскадренных миноносцев и угольных миноносцев, шесть подводных лодок, девяносто тральщиков составили отряд вице-адмирала Шмидта.
В отряд входили 3-я линейная эскадра вице-адмирала П. Бенке и 4-я линейная эскадра вице-адмирала В. Сушона (того самого Сушона, что так умело руководил действиями «Гебена» и «Бреслау» на Черном море). Свыше ста самолетов и дирижаблей осуществляли воздушную поддержку силам вторжения. Девятнадцать транспортов взяли на борт двадцать пять тысяч человек десанта при сорока орудиях, восьмидесяти пяти минометах и 225 пулеметах.
Командовал десантом начальник 42-й пехотной дивизии, составившей костяк десантных сил, генерал Эсторф. Общее руководство операцией осуществлял командующий 8-й армией, занявшей Ригу, генерал О. фон Гутьер. Основа десантных сил – 42-я пехотная дивизия – летом 1917 года сражалась против Юго-Западного фронта в Галиции, а затем принимала участие в Рижской операции. То есть для десантирования выделялись войска, хорошо знавшие условия русского фронта, неоднократно дравшиеся с русскими, видевшими состояние противника после революции.
Русские морские силы Рижского залива к началу операции состояли из устаревших линкоров «Слава» и «Гражданин», броненосных крейсеров «Адмирал Макаров» и «Диана», крейсера «Баян», двенадцати нефтяных эсминцев типа «Новик», шестнадцати угольных миноносцев, трех подводных лодок, пяти сторожевиков, тринадцати тральщиков, трех минных заградителей и трех канонерских лодок. Командовал соединением вице-адмирал Бахирев. Воздушную поддержку оказывали тридцать самолетов[550].
Сухопутный гарнизон островов состоял из четырехсот семидесяти офицеров, десяти тысяч штыков, двух тысяч сабель при шестидесяти легких орудиях и ста сорока пулеметах. Наличный, а не списочный состав гарнизона был еще меньше. Численность личного состава береговой артиллерии – около полутора тысяч человек.
Непосредственно на острове Эзель под руководством начальника 107-й пехотной дивизии находилось девять батальонов, три казачьи сотни, полторы роты сапер, сорок два легких и четыре тяжелых орудия, шесть минометов, двадцать четыре бомбомета и сто восемь пулеметов. В любом случае боевая сила гарнизона Моонзундских островов была невысокой: «Гарнизон моонзундской укрепленной позиции до начала операции в боях не участвовал. Полки имели неопытный и необстрелянный офицерский состав. Ротами командовали, как правило, прапорщики, окончившие училище или школу в ходе войны. Личный состав полков, несший в основном службу наблюдения и охранения, а также привлекавшийся к выполнению оборонительных работ, тактическим приемам обучен не был»[551].
Начальником моонзундской позиции был назначен контр-адмирал Д. А. Свешников, непосредственно подчинявшийся командующему Балтийским флотом. Получалось, что сухопутной обороной островов заведовал моряк, который не имел необходимых знаний и навыков для деятельности такого рода. Тем не менее без содействия флота острова были обречены на быстрый захват, и такое назначение оправдывалось ролью морских сил в обороне района. Поэтому начальником штаба у Свешникова стал сухопутный полковник Генерального штаба.
Другое дело, что флот не сумел оказать гарнизону островов той поддержки, что требовалась для успешной обороны. Общая координация действий должна была быть возложена на командующего Балтийским флотом, однако флотское командование сосредоточилось на Финском заливе, предоставив начальствование на Моонзунде адмиралу Бахиреву.
