— Раз я осталась одна, то и буду думать, что делать. Ничего страшного. Как-нибудь переживу предательство тех, кто поверил ему, а не мне. Я уже давно поняла, что они все пустословы, которые запросто сбегут, когда близкому будет угрожать опасность.
— Нет, миленькая, ты вовсе не одна! — Фредерик еще крепче обнимает Ракель, мягко гладит ее по голове и аккуратно слезы с ее лица. — Пока я живой и невредимый, ты
— А если Саймон настроит вас против меня? — тихо спрашивает Ракель.
— Не настроит! У меня достаточно мозгов, чтобы не поверить этому подонку. А если Рингер посмеет позвонить мне или что-то прислать, то я выскажу ему все, что думаю о нем.
— Вы правда никогда не бросите меня? — Ракель уставляет на Фредерика свои широко распахнутые красные, заплаканные глаза. — Пожалуйста, дедушка Фредерик… Обещай мне, что ни ты, ни тетушка не бросите меня ни сейчас, ни когда-либо.
— Обещаю, солнышко, — еще увереннее произносит Фредерик.
— У меня больше никого не осталось.
— Запомни, внучка, несмотря на все то, что о тебе говорят чужие люди или какие-то газетенки, мы с твоей тетей никогда не отвернемся от тебя. Мы
— Не поступайте так, как поступили мои подруги и мой бывший возлюбленный.
— Не поступим, обещаю. А то, что остальные поверили тому подонку… Ну… Э-э-э… Пусть это останется на их совести… Мне кажется, скоро они поймут, что совершили ошибку, поверив Рингеру.
— Но даже если они поверят и захотят извиниться, я вряд ли захочу их простить и снова подпустить к себе.
— В любом случае пусть пока подумают. Рано или поздно до них дойдет, что их здорово обманули.
— Да ладно, теперь это уже не важно. — Ракель берет Фредерика за руки. — Самое главное, что у меня есть ты и тетя — люди, которые всегда будут для меня самыми родными и любимыми на этом свете. Я люблю вас, несмотря ни на что. Даже если вы вынудили меня начать встречаться с тем, кого я не люблю.
— Ах, Ракель, девочка ты моя маленькая… — с легкой улыбкой произносит Фредерик. — Иди ко мне…
Фредерик заключает Ракель в свои крепкие объятия, которые та с радостью принимает, наслаждаясь тем, как дедушка сейчас нежно гладит ее по голове и всеми силами старается утешить свою любимую внучку словно маленького ребенка. Чтобы не заставлять мужчину волноваться, девушка намеренно промолчала о настоящей причине конфликта с Терренсом, который и вынудил ее покинуть его дом. И вряд ли она когда-нибудь решится признаться в том, что ее бывший парень посмел поднять на ее руку, потому что о таком говорить очень тяжело и безумно неприятно.
А спустя несколько секунд Фредерик отстраняется от Ракель и нежно гладит ей щеки, пока слезы продолжают течь из красных глаз девушки, которая уже перестает так сильно трястись.
— Ну все, хорошая моя, успокойся, — мягко произносит Фредерик и немного поправляет прическу Ракель. — Твой дедушка Фредерик рядом. Он не бросит тебя.
— Не бросай меня… — с жалостью во взгляде умоляет Ракель. — Не бросай…
— Послушай, внучка, давай ты сейчас ты умоешься, причешешь волосы и переоденешься во что-нибудь другое. А потом мы с тобой что-нибудь поедим и постараемся немного расслабиться.
— Я могу остаться здесь? — неуверенно спрашивает Ракель. — Могу жить с тобой?
— Конечно, можешь! Разумеется, солнышко! Оставайся здесь столько, сколько захочешь. Раз уж так сложилось, то мы с тобой вновь будем жить вместе, как в старые добрые времена.
— Моя комната свободна?
— Абсолютно свободна! Там ничего не изменилось после того, как ты покинула эту квартиру.
— Спасибо огромное, дедушка, ты у меня самый лучший! — Ракель с вымученной, но искренней улыбкой мило целует Фредерика в щеку, чтобы отблагодарить его за то, что он разрешил ей остаться.
— Сейчас ты немного отдохнешь и поспишь, а завтра мы с тобой все подробно обсудим, — мягко предлагает Фредерик. — Ты расскажешь мне обо всем по порядку, потому что я понял не все из того, что ты мне рассказала.
— Хорошо, дедушка, я расскажу, — слабо кивает Ракель.
— Вот и прекрасно!
Ракель ничего не говорит и просто скромно улыбается Фредерику, радуясь, что она снова будет жить с ним. До начала романа с Терренсом девушка уже жила здесь какое-то время и успела привыкнуть к этой жилплощади. Она снова может вспомнить те времена, когда жила с родным ей человеком и была, наверное, в тысячу раз счастливее, чем после начавшегося романа, который не принес ей ничего, кроме разочарования, кучи выплаканных слез и нежелания вновь связываться с каким-либо мужчиной в ближайшее время.
