Эта была первая крупная победа Спартака, за которой скоро последовали и другие. Осенью в Кампанию направили претора Публия Вариния с двумя легионами. Войска у него были не первоклассные. Спартак поочередно разбил обоих легатов Вариния, а затем и его самого, причем даже захватил ликторов претора и его коня.
Эти события оказались решающим моментом в ходе восстания. Оно охватило теперь почти весь юг полуострова: Кампанию, Луканию и, возможно, Апулию. Многие города были захвачены и опустошены. Саллюстий рассказывает о массовом истреблении рабовладельцев и о тех неизбежных жестокостях, которые совершали рабы, вырвавшиеся на свободу. Спартак пытался помешать этим ненужным эксцессам, которые только деморализовывали рабов. Всю свою энергию он направил на организацию армии и на создание в ней революционной дисциплины.
Войско Спартака насчитывало теперь около 70 тыс. человек. Рабы спешно изготовляли оружие. Была организована конница.
Вставал вопрос, что же делать дальше? Можно утверждать с полной категоричностью, что в этот период у Спартака существовал определенный план: собрать возможно больше рабов и вывести их из Италии через восточные Альпы. Очевидно, Спартак понимал все трудности вооруженной борьбы с Римом и остановился на самом реальном из всех возможных вариантов. Очутившись вне Италии, рабы тем самым становились свободными и могли вернуться в свои родные места. Предполагать, что за этим планом у Спартака крылись какие-то расчеты на дальнейшее развертывание борьбы, мы не имеем никаких оснований.
Римское правительство поняло, наконец, размеры опасности и двинуло против рабов войска обоих консулов 72 г. — Люция Геллия и Гнея Корнелия Лентула. Как раз в этот критический момент среди восставших начались разногласия. Они привели к тому, что крупная часть рабов (около 20 тыс. человек) под командованием Крикса отделилась от главных сил и начала действовать самостоятельно. Помощник Геллия, претор Квинт Аррий, напал на отделившиеся войска и разбил их около горы Гаргана в Апулии. Крикс при этом погиб.
На какой почве возникли разногласия? Некоторые источники (Саллюстий, Ливий, Плутарх) говорят, что войска Крикса состояли из галлов и германцев. Если это так, то можно предположить, что разногласия стояли в связи с разнородным племенным составом восставших. Но это только одна сторона дела. Более существенную роль играли программно-тактические разногласия. Крикс и его товарищи являлись сторонниками более активных наступательных действий и, по-видимому, не хотели уходить из Италии. Саллюстий в одном из фрагментов замечает:
«А рабы, спорившие из-за плана дальнейших действий, были близки к междоусобной войне. Крикс и единоплеменные с ним галлы и германцы хотели идти навстречу [римлянам] и вступить с ними в бой».
Возможно, что Крикса поддерживала и та свободная беднота, которая примкнула к восстанию и которой не было никакого смысла уходить из Италии.
Раскол и поражение Крикса временно ослабили силы восстания, но не настолько, чтобы изменить планы Спартака. Искусно маневрируя в Апеннинах, он нанес ряд поражений Лентулу, Геллию и Аррию, избежал окружения, которое ему подготовляли римляне, и двинулся на север.
Силы Спартака росли по мере его успехов. По словам Аппиана, его войско достигло 120 тыс. человек. Двигаясь на север, Спартак дошел до г. Мутины, под которым разбил войска проконсула Гая Кассия Лонгина, наместника Цизальпинской Галлии.
Теперь дорога к Альпам была открыта, и планы Спартака, казалось, близки к осуществлению. И в этот момент он поворачивает обратно на юг. Почему? На этот вопрос мы не найдем вполне точного ответа в источниках, хотя общая картина совершенно ясна. После блестящих побед Спартака настроение в его войсках так поднялось, что об уходе из Италии в данный момент не могло быть и речи. Рабы требовали от своего вождя, чтобы он вел их на Рим, и Спартак вынужден был подчиниться. Едва ли можно допустить, чтобы с его умом и самообладанием он дал себя увлечь общему настроению и изменил свой основной план ухода из Италии. Но в эту минуту он потерял власть над своей недисциплинированной армией.
Однако на Рим Спартак все-таки не пошел. Он понимал всю невозможность захватить город, который в свое время не могли взять ни Ганнибал, ни самниты. К тому же римское правительство осенью 72 г. мобилизовало для борьбы все наличные силы. Сенат приказал консулам прекратить военные действия против Спартака. Главнокомандующим со званием проконсула был назначен претор 72 г. М. Лициний Красс. Ему дали большую армию из 8 легионов, — правда, далеко не первоклассную. Солдаты были уже заранее деморализованы той паникой, которую нагнали на римлян неслыханные успехи Спартака.
