Успехи Цезаря в 58 г. сделали его фактически повелителем всей центральной Галлии. Но белги, равно как племена в Бретани и Нормандии,[323] еще не испытали силы римского оружия и не склонны были без борьбы подчиниться Цезарю, тем более, что между зарейнскими германцами и белгами существовала тесная связь. У устья Рейна германские племена готовились переправиться через реку. Поэтому в 57 г. Цезарь с 8 легионами выступил против белгов. Их храбрые племена оказали отчаянное сопротивление. В решительной битве с нервиями судьба всей римской армии и жизнь главнокомандующего висели на волоске. Однако более высокая военная техника римлян и отсутствие единства среди белгов дали Цезарю победу. Одни за другими покорились племена суессионов (около Суассона), амбианов (около Амьена), белловаков и, наконец, нервиев. Но почти сейчас же (зимой 57/56 г.) началось восстание в нынешних французских провинциях Бретани и Нормандии. Оно быстро распространилось на все побережье от р. Лигера (Луара) до Рейна. Восставшие ожидали помощи от кельтов Британии и от зарейнских германцев. Цезарь не мог терять ни секунды. Он послал одного из своих легатов, Тита Лабиена, с конницей к Рейну, чтобы подавить брожение белгов и помешать переправе германцев. Три легиона были направлены в Нормандию. Сам Цезарь с главными силами вторгся в область венетов (в Бретани), которая являлась главным очагом восстания. Но сухопутных сил было недостаточно, так как прибрежные племена обладали сильным флотом. Римляне построили некоторое количество мелких судов на Луаре, присоединив к ним суда от союзных кельтских общин. Этим сборным и слабым флотом командовал легат Цезаря Децим Брут. Несмотря на превосходство флота венетов, римляне одержали победу. С помощью серпов, привязанных к длинным шестам, они перерезали канаты, связывавшие реи с мачтами. Благодаря этому суда противника теряли управление и брались на абордаж. Уничтожение флота привело к быстрому подавлению движения, так как восставшие лишились подвоза подкреплений и продовольствия с моря.
Теперь вся Галлия была покорена и объявлена римской провинцией. Блестящие успехи Цезаря вызвали восторг и удивление в Риме. В конце 57 г., когда Цезарь на зиму вернулся в северную Италию,[324] сенат приказал устроить торжественные благодарственные молебствия в течение 15 дней. Однако именно благодаря растущей популярности Цезаря, сенаторская партия, особенно после возвращения Цицерона и Катона, сплотила свои ряды. Немалую роль здесь играла зависть Помпея к Цезарю, которая быстро прогрессировала по мере успехов в Галлии. Все это вызвало необходимость свидания триумвиров.
Весной 56 г. они встретились в г. Луке, в северной Этрурии. Об огромном влиянии, которым пользовались триумвиры, это неофициальное правительство, говорит тот факт, что вместе с ними в Луку приехало более 200 сенаторов, 120 ликторов сопровождали должностных лиц, съехавшихся в Луке. Личная встреча укрепила союз. Был принят ряд важных решений. Триумвиры условились продлить полномочия Цезаря, истекавшие в конце 54 г., еще на 5 лет, с правом довести армию до 10 легионов. После этого Цезарь получал консульство на 48 г. Помпей и Красс должны были стать консулами в 55 г., после чего получить на 5 лет управление провинциями: Помпей — обеими Испаниями, Красс — Сирией.
Лукские решения были проведены через народное собрание, несмотря на сопротивление противной партии. Помпей и Красс отбыли консульство в 55 г. В Испанию Помпей не поехал, но остался в Риме, управляя провинциями через своих легатов. Красс же еще в конце 55 г. отправился на Восток. Там он начал войну с парфянами, хотя те не давали к этому ни малейшего повода. Но Крассу мешали спать лавры Цезаря и Помпея, а его алчность рисовала ему несметную добычу, которая попадет в его руки.
Первый год войны прошел для римлян довольно удачно. Красс перешел Евфрат и захватил несколько крепостей в Месопотамии. Но в 53 г. разразилась катастрофа. Красс углубился в безводные пространства северной Месопотамии. Парфянская конница отступала, заманивая римлян все дальше и дальше в глубь пустыни. Недалеко от г. Карр, где стоял римский гарнизон, Красса встретили главные парфянские силы, состоявшие из великолепной конницы (лето 53 г.). Боевые качества римской пехоты оказались бесполезными в столкновении с тяжеловооруженными парфянскими всадниками, одетыми, вместе с лошадьми, в кольчугу, и с легкой кавалерией, осыпавшей римлян стрелами из своих дальнобойных луков. Передовой римский отряд в 6 тыс. человек под начальством сына Красса почти весь погиб. Молодой Красс и большинство командного состава, не желая сдаваться в плен, кончили жизнь самоубийством.
