Утром 29 августа 1944 г. румынская правительственная делегация вылетела в Москву для переговоров по проекту перемирия. Но к участию в дискуссиях и консультациях относительно положений, включавшихся в этот документ, румынская делегация не была допущена, а 10 сентября 1944 г. ей был передан отредактированный в окончательной форме текст перемирия.{240} Он содержал 20 статей и шесть приложений, определявших правовой международный статус Румынии до подписания мирного договора. Текст перемирия содержал положения военного, политического, экономического, финансового, административного и территориального характера, но в целом из этого документа, подписанного 12 сентября 1944 г., не следовало, что Румыния вышла из антисоветской войны /591/ по собственной воле, без какой-либо помощи извне и что она безоговорочно присоединилась к коалиции Объединенных Наций.
Согласно перемирию Венский арбитраж был признан недействительным, и на этом основании 10 октября 1944 г. король Михай подписал закон № 487 об образовании Румынского комиссариата по управлению освобожденными регионами Трансильвании, представлявшего румынское правительство на этих территориях. При комиссариате был создан консультативный комитет, в введение которого входили подготовка и принятие решений по всем важнейшим вопросам управления северной частью Трансильвании.{241} Предполагалось, что вопрос о статусе Трансильвании окончательно решен, однако в действительности положение оказалось несколько иным, поскольку уже в ходе наступления румыно-советских войск на местах давали о себе знать определенные неясности и сложности, вызванные советской стороной, не позволявшие департаменту в полной мере выполнять свои функции. Таким образом, когда освобождение Трансильвании было достигнуто в значительной степени собственными силами, когда румынские части 25 октября 1944 г. окончательно очистили эту территорию от противника, продолжая наступление по другую сторону границы, отказ советской стороны предоставить Румынии действительное право суверенитета над этим краем становился все более очевидным. Вообще говоря, уже с момента подписания перемирия можно было заметить, что принятое решение о северной части Трансильвании и признании за Румынией права на эту территорию в той формулировке, которая была внесена в текст документа, содержало ряд неясностей. Согласно статье 19 перемирия союзные правительства признали решение Венского арбитража несуществующим и согласились с тем, чтобы Трансильвания (вся или большая ее часть) была возвращена Румынии, что подлежало утверждению при мирном урегулировании. Тем временем, начиная с октября 1944 г., из высказываний советских представителей или членов Румынской компартии часто можно было услышать идею о том, что Трансильвания будет передана Румынии только при условии восстановления истинной демократии, а право определять, что является истинной демократией, останется за советским руководством, а никак не за румынским правительством.
