В ноябре 1944 г. резко изменилась внутренняя политическая обстановка в стране. Отставка премьер-министра К. Сэнэтеску /592/ дала советским представителям и румынским коммунистам надежду на захват в скором будущем власти в стране. Однако решение короля вновь поручить формирование правительства генералу Сэнэтеску отсрочило претворение в жизнь этих надежд, несмотря на то, что в новом кабинете коммунисты получили больше мест. С этого момента вопрос о Трансильвании был превращен в настоящий предмет шантажа, для всех становилось очевидным, что возвращение этой провинции Румынии возможно лишь при условии согласия короля на создание коммунистического правительства. Таким образом, ссылаясь на некие соображения безопасности и необходимость предотвращения межэтнических столкновений, в ноябре 1944 г. Сталин ввел в северной части Трансильвании советскую военную администрацию.{242} До 6 марта 1945 г. оба румынских премьер-министра – К. Сэнэ- теску и Н. Рэдеску{243} неоднократно обращались с просьбой о выводе советской администрации и восстановлении румынских учреждений, но их попытки результатов не дали. Положение в северной части Трансильвании оставалось без изменений до прихода к власти правительства П. Гроза (6 марта 1945 г.). В целях использования вопроса о Трансильвании и аграрной реформы для получения весьма необходимого в момент прихода к власти политического капитала Председатель Совета Министров Румынии П. Гроза и министр иностранных дел Г. Тэтэреску обратились 8 марта 1945 г. с письмом лично к Сталину с просьбой об установлении румынской администрации в северной части Трансильвании. На следующий день Сталин сообщил о согласии советского правительства относительно восстановления румынской администрации, однако не на основе суверенного права Румынии на эту территорию, а в качестве вознаграждения для правительства Грозы.{244} Свидетельством того, что эти действия являлись своеобразной формой политического шантажа, служит то обстоятельство, что советская сторона ссылалась в этом вопросе на положения перемирия как при введении советской администрации в ноябре 1944 г., так и в письме Сталина от 9 марта 1945 г., адресованном премьер-министру П. Грозе. Бессарабия и северная часть Буковины были включены в состав СССР, что было закреплено как в тексте соглашения о перемирии, так и в заключенном позднее мирном договоре. /583/
Сразу после событий 23 августа 1944 г. вопрос о приходе к власти компартии еще не стоял открыто на повестке дня. На своем пути к власти коммунистам с самого начала пришлось преодолеть три важных препятствия. Во-первых, у них не было поддержки со стороны избирателей. В те дни нельзя было отрицать, что государственный переворот был осуществлен королем. Во-вторых, у КПР отсутствовал «революционный опыт» и, в-третьих, Красной Армии требовалась стабильно налаженная связь с центральноевропейской частью фронта.{245} В отличие от компартий других восточноевропейских стран, румынские коммунисты не могли сослаться на какие-либо заслуги в организации антифашистского сопротивления. Безусловно, многие деятели компартии провели долгие годы в заключении, но никто из них не пользовался авторитетом в масштабах всей страны. В целом населению Румынии были свойственны антикоммунистические настроения. Единственным из руководства КПР, который сумел более или менее положительно себя зарекомендовать, был Лукрециу Пэтрэшкану, представлявший коммунистов на межпартийных переговорах о создании антифашистского блока, которое проходили накануне 23 августа 1944 г.{246} В дальнейшем внутри самой КПР образовались три группировки: «бухарестцы» во главе с Л. Пэтрэшкану, освобожденные из заключения и представленные Георгием Георгиу-Дежем, а также вернувшиеся из Москвы деятели во главе с Анной Паукер и Василе Лукой. Каждая из них вступила в состязание с остальными за лидерство в партии. Для укрепления своих позиций руководство КПР применило при поддержке с советской стороны хорошо известную тактику: использование различных политических партий, как, скажем, Фронт земледельцев, для пополнения своих рядов. Анна Паукер сыграла самую активную роль в осуществлении политики открытых дверей для каждого желающего вступить в ряды компартии. Развитие политической линии КПР шло тремя этапами: беспрепятственное пополнение рядов партии, захват власти, внутрипартийная чистка и выработка идеологии.{247}
