Речь идёт не об отдельных поселениях, а о целых обширных областях, на которых процветала хассунская и самаррская культура. На юге Двуречья ещё слишком жарко и слишком сыро. Но на севере в долинах Тигра и Евфрата спустившиеся с нагорья русы оседают прочно и основательно. Они строят большие прямоугольные дома из нескольких комнат с приусадебными пристройками, вырывают во дворах большие ямы для хранения припасов, заливают их битумом (почва ещё сырая). Они земледельцы и осёдлые скотоводы уже в поколениях. Они блюдут все традиции русов-индоевропейцев, о которых мы рассказывали достаточно.
Но главное, в чём они проявляют себя — искусства и ремёсла. У русов, отладивших хозяйственный механизм производства и сохранения пищи до совершенства, высвобождается время. И они его не расходуют зря.
В Хассуне и Самарре появляется уже подлинная скульптура, почти реалистически передающая красоту человеческого тела. Фигурки изготовляются из глины и битума, инкрустируются поделочным камнем. В ещё большей степени развивается лицевая керамика, то есть изготовление сосудов в форме человеческой головы или всего тела. Мастера Хассуны и Самарры закладывают в керамику столько всевозможных приемов и мотивов, что они будут использоваться на протяжении тысячелетий, даже после того, как индоевропейцы будут вытеснены с Ближнего Востока. Сосуды на ножках, сосуды с лепной мелкой пластикой в виде фигурок животных и людей… Но основное достижение русов хассунской и самаррской культур — это великолепная, высокохудожественная роспись по керамике. Эта роспись, её мотивы не возникают из ничего. Жители Северной Месопотамии творчески развивают изобразительные традиции русов, традиционный орнамент и его элементы, доводя эту разработку до совершенства. Геометрический стиль сложнейших орнаментов, в основе которых лежат индоевропейские кресты и волнистые линии, становится шире, мощнее, выразительней. И вершина его — бесподобные свастики-солнцевороты хассунцев и самаррцев.
Магически-сакральная, обережная свастика — эта визитная карточка индоевропейских археологических культур — усложняется, наполняется житейским содержанием. И мы видим не просто пересечения линий, а стремительный хоровод рыб, кружение четырех оленей, гордо откинувших рогатые головы, замысловатые хитросплетения, складывающиеся в затейливый солнцеворот. Свастика приобретает художественность форм, сохраняя величайшее и непреходящее сакральное значение.
Здесь уместно будет дать этимологическое значение таких фундаментальных многотысячелетних образов-символов индоевропейцев-русов, как крест и свастика. Это необходимо сделать, чтобы внести ясность в существо вопроса, отсечь спекулятивные измышления тех, кто примешивает к истории политику, и отсеять домыслы чрезмерных поклонников раннего немецкого романтизма. Первым, чересчур ретивым «антифашистам», я могу сказать, что во всех ведущих музеях мира стоят сотни тысяч артефактов (предметов, найденных археологами в раскопах), украшенных свастикой или свастичным узором — все они охраняются, как бесценные сокровища человечества. В музеях Израиля — Национальном Музее в Тель-Авиве, в Археологическом Музее Иерусалима, Музее Рокфеллера в Иерусалиме и т. д. сосуды, фигурки, мозаики, украшенные свастикой хранятся с неменьшим тщанием, чем сосуды с «давидовой звездой» — свидетельствую, как очевидец, как специалист, лично и на месте изучавший собрания всех ведущих музеев Европы и Ближнего Востока. Свастика — неотъемлемая часть земной культуры и характерный знак-символ индоевропейцев. Что касается вторых, неоязычников, тяготеющих к мифам времен немецкого романтизма, хочу заметить им — не надо путать историю и исторические факты с поэзией. Появившиеся в последние годы «поэтические» трактовки сакрального значения свастики и креста — есть в основном плод фантазии непрофессионалов, наносящий значительный вред пониманию Подлинной Истории.
Итак, ниже я даю лингвистическое, этимологически-смысловое и знаковое значение двух важнейших символов русов-индоевропейцев.
Крест — есть совокупность корневых основ «крс» + «ст». «К-рс», как мы уже знаем, это сопричастность «к» к «рс-», то есть — «крас-ивый, хорош-ий, крас-ный-русый-свой, рус-ский, светлый, чистый». «Ст-» — «устойчивость, стояние, твердость, незыблемость, опора, твердыня, устой». «Крс» + «ст» = «крест» = «светлый, хороший, красивый, свой, устойчивый-твердый» или, более образно, «устой светлого-своего-хорошего-русского», «твердыня-оплот своего-светлого-хорошего-чистого».
«Красное солнышко» всегда доброе, хорошее, красивое, своё. Знак Хорса (крс-»)-солнца — крест.
