История русской бюрократии полностью

Фарса наших депутатов, столь непристойно разыгранная, имела в Европе своё действие; „Наказ“ её читали везде и на всех языках. Довольно было, чтобы поставить её наряду с Титами и Траянами, но, перечитывая сей лицемерный „Наказ“, нельзя воздержаться от праведного негодования. Простительно было фернейскому философу превозносить добродетели Тартюфа в юбке и в короне, он не знал, он не мог знать истины, но подлость русских писателей для меня непонятна»[33].

Разрыв между «элитой» и народом — то есть между привилегированным и податным населением в уровне жизни и мировоззрении увеличивался на протяжении всего XVIII века. Лишь заложенные Петром I общественные механизмы позволяли России сохранить при таких условиях устойчивость. Надо отдавать себе отчёт в том, что полного краха в этот период удалось избежать только благодаря приобретению южных чернозёмов и появлению нового экспортного товара — хлеба, что дало стране большой резерв для выживания.

Но когда Россия вышла на европейский рынок в качестве экспортёра продовольствия, это вызвало в экономике «революцию цен», их быстрый рост. Более всего возросли цены как раз на хлеб. Соответственно, росли посевные площади и отработки на земле. Выгоды хлебного экспорта и полнота власти дворян над крепостными обусловила резкое возрастание отработочной ренты: барщинными стали три четверти помещичьих крестьян, причём продолжительность барщины могла достигать целой недели, чего раньше никогда не допускалось.

В своё время Россия начинала свой экспорт с торговли пушниной и воском; в начале XVIII века в списке вывоза преобладали продукты животноводства (кожи, сало, мясо) и пенька. Благодаря крутым мерам Петра I к 1725 году главной экспортной статьёй (36 %) стал текстиль, началась торговля железом. После его смерти «открытый» рынок, подтягивание внутренних цен в России до уровня мировых и эмиссия денег привели к тому, что главное место вновь перешло к пеньке, и оставалось за ней до конца столетия, когда её «догнал» хлеб, а следом шли лён и сало; доля железа была наибольшей в 1750 году (15 % экспорта), но уже к 1769 году упала до 10 %, а к 1800 и до 6 %. «Русские горки» в действии: Россия отстаёт от Европы, а властная верхушка о том и думать не думает.

Вспомним опять Пушкина: гениальный был человек! Далеко смотрел:

«Униженная Швеция и уничтоженная Польша, вот великие права Екатерины на благодарность русского народа. Но со временем история оценит влияние её царствования на нравы, откроет жестокую деятельность её деспотизма под личиной кротости и терпимости, народ, угнетённый наместниками, казну, расхищенную любовниками, покажет важные ошибки её в политической экономии, ничтожность в законодательстве, отвратительное фиглярство в сношениях с философами её столетия — и тогда голос обольщённого Вольтера не избавит её славной памяти от проклятия России».

17 ноября 1796 года Екатерина II умерла. Власть принял Павел Петрович, на которого в предшествующие годы сторонники гуманности и справедливости возлагали многие надежды, уговаривая создавать законы и следовать законам. Он так и поступил, но его законы не понравились высшей знати, и в 1801-м он был убит.