Таким образом, определяя понятие «книжной редкости», Н. Ю. Ульянинский в дальнейшей части своей статьи приводит описание пяти редких книг своей библиотеки: анонимной брошюры (автором ее был М. А. Новоселов) «Григорий Распутин и мистическое распутство» (М., 1912), магистерской диссертации Н. И. Костомарова «О причинах и характере унии в Западной России» (Харьков, 1841), книги П. А. Плетнева «Хронологический список русских сочинителей и библиографические замечания о их произведениях» (СПб., 1835) и двух книг петровского времени — «Апофтегмата, то есть кратких, витиеватых и нравоучительных речей книги три» (М., 1712) и «первенца русской гражданской печати» — «Геометрия словенски землемерие» (М., 1708). И Н. Ю. Ульянинский то ли не замечает, то ли не хочет заметить, что все описанные им «редкости» имеют то больший, то меньший «субъективный» научный интерес; иными словами, ратуя в теории за «количественное» определение понятия «книжной редкости», он практически переходит на позиции «качественного» определения.
Статья Н. Ю. Ульянинского представляла доклад, прочитанный им в московском Русском обществе друзей книги в 1925 г. В апреле 1927 г. в том же обществе сделал доклад известный антиквар-библиофил П. П. Шибанов, работавший, как указывалось выше, с 1922 г. в «Международной книге». Доклад назывался «Desiderata русского библиофила. Редчайшие книги и их современная расценка». К докладу в качестве корректурного издания была напечатана в 200 экземплярах брошюра под тем же названием. Так как сам доклад нигде не был опубликован и даже содержание его не было изложено в печатной форме, судить о нем приходится только по упомянутой брошюре. В ней П. П. Шибанов не делает попытки определить понятие «книжная редкость», а практически перечисляет «исключительные библиографические редкости, не утратившие и до настоящего времени своего значения и ценности», сопровождая почти каждое библиографическое описание ценой. Только в немногих случаях, когда речь шла об оценке «книг чрезвычайно редких, никогда не появлявшихся на рынке», установить на которые «какие-либо цены было бы совершенно голословно», П. П. Шибанов ставил вопросительный знак. Это относится к девяти книгам: четырем церковным книгам XV–XVI вв., к трем музыкальным журналам конца XVIII — начала XIX в. («С. Петербургский музыкальный магазин для клавикордов», 1794; «Журнал С. Петербургского италианского театра», 1795; «Журнал отечественной музыки», 1806), к «Истории французской революции в медалях и монетах», 1806 (опечатка: должно быть — 1816) и к книге В. И. Ленина «Что такое „друзья народа“ и как они воюют против социал-демократов» (3 чч., l894). Из остальных книг самой дорогой в оценке П. П. Шибанова является «Библия руска выложена д-ром Франциском Скориною» (Прага, 1517–1519, 22 книги), которая оценена в 2000 руб. По 500 руб. цена назначена краковской «Псалтири со восследованием», «Первым русским ведомостям» (за 1703 г.) и «Примечаниям на Ведомости», почему-то не с 1729, а с 1732 по 1742 г. «Путешествие из Петербурга в Москву» Радищева оценено всего лишь в 250 руб., «Ганц Кюхельгартен» Гоголя (В. Алова) (1829) — 75 руб., «Мечты и звуки» Н. Некрасова (Н. Н., 1840) — 10 руб., «Библиографический словарь питомцев Московского университета» 25 руб. и т. д. Совсем непонятно дешево определена цена «Езды в остров любви» Тредиаковского (1730) — 5 руб. Из 378 номеров списка Шибанова 28 оценено по 5 руб., 105 по 10 руб., 15 по 15 руб., 83 по 25 руб., 6 по 30 руб., 41 по 50 руб. и т. д. Таким образом, более 3/4 «редчайших русских книг» было оценено Шибановым от 5 до 50 руб., что не может не вызвать удивления, даже если учесть тогдашнюю стоимость рубля.
П. П. Шибанов предупреждал в предисловии к брошюре, что не включает в свой перечень описаний фейерверков, од, летучих изданий, книжных росписей XVIII в., календарей, генеалогических произведений Ювеналия Воейкова и Бороздина, манифестов и указов первой половины XVIII в. Но в его список не попали безусловные редкости, вроде «Опыта исторического словаря о российских писателях» Новикова (1772), «Путешествия критика» С. Ф. Ф[ерельтца] (1807), «Энциклопедического словаря» С. Селивановского (1823–1825), «Карманного словаря иностранных слов» И. Кирилова (1846–1848), «Примечаний к Русским драматическим произведениям» Н. С. Тихонравова (1872), «Эротопэгний» В. Я. Брюсова (1912) и др.
Все эти недоумения, вызванные невысокой оценкой одних книг и высокой других, введением в список некоторого количества третьестепенных книг (например, «Трех западников сороковых годов» В. Богучарского, 1901, и др.) и невключением заведомых редкостей, объясняются не случайностью, а определенной «антикварной политикой» Шибанова, которая позднее была разоблачена ленинградским книжником Ф. Г. Шиловым.
