Здесь кстати сказать несколько слов о дворцовой агентуре, точнее, о дворцовой охране. Эта охрана организована в начале 1906 года при дворцовом коменданте: целью ее была охрана царя, его семьи и бывшей императрицы Марии Федоровны путем внешнего, вооруженного наблюдения. Никогда дворцовая охрана не имела своих секретных сотрудников; охрана велась этой организацией лишь “физическая”, но, конечно, начальник дворцовой охраны состоял в постоянном контакте с начальником Петербургского охранного отделения и с заведующим Особым отделом Департамента полиции. Во главе дворцовой охраны с самого начала ее учреждения до августа 1916 года стоял жандармский офицер Л.И.Спиридович, до того заведовавший Киевским охранным отделением и арестовавший Григория Гершуни, а в конце 1916 года назначенный ялтинским градоначальником.
В дворцовой охране было 275 человек нижних чинов и 4 офицера (не считая начальника), кроме того, при ней состояла собственная канцелярия из 8 чиновников. Содержание дворцовой охраны обходилось несколько более 200 тысяч рублей в год; нижние чины ее вербовались почти исключительно из унтер-офицеров петроградских гвардейских полков, они носили особую форму и были вооружены револьверами и короткими тесаками, но, конечно, им часто приходилось во время своей службы переодеваться в штатское платье и не только “охранять”, но и “филировать”.
Отряды дворцовой охраны сопровождали царя, его семью и бывшую императрицу Марию Федоровну во всех их перемещениях по России. Когда царь уезжал за границу, то туда же командировался и филерский отряд дворцовой охраны от 10 до 30 человек Так, летом 1910 года в Наугейм было командировано около 20 агентов дворцовой охраны, во время итальянского визита их было гораздо меньше, но зато при свидании царя с румынской королевской фамилией в Констанце (1914 г.) их присутствовало, по настоянию румынского правительства, не менее 30 человек.
Во время заграничных путешествий царя и его семьи агенты дворцовой охраны передавались в распоряжение полиции данного государства (Германии, Италии, Румынии). Конечно, начальник дворцовой охраны во время пребывания царя и его семьи за границей стоял в непосредственном сношении с Красильниковым или его помощником. Сверх 200 тысяч, расходуемых на дворцовую охрану, в распоряжении дворцового коменданта отпускалось (по Высочайшему повелению) еще сто тысяч рублей на внутреннюю агентуру. На что тратились эти деньги, установить не удалось.
Хотя время вступления Красильникова в управление заграничной агентурой совпадало с началом ликвидации революционного движения 1905 — 1906 годов, но за границей именно вследствие этой ликвидации число политических эмигрантов непрерывно увеличивалось, соответственно с этим росло и число секретных сотрудников: русское правительство подготовлялось на всякий случай к новому революционному движению и стремилось поэтому к наиболее полному освещению всех революционных партий и кружков; с другой стороны — опасность террористических выступлений далеко не миновала, а этого и двор, и правительство, и Департамент полиции боялись пуще всего, особенно центрального террора.
Мы видим поэтому, что главные усилия и заграничной агентуры направлены прежде всего на освещение партии эсеров и особенно групп и лиц, террористическое умонастроение которых было особенно ярко выражено: число секретных сотрудников эсеров было двое больше, чем число сотрудников, “работавших” во всех других партиях.
Эсеровские провокаторы получали и наибольшие жалования: Загорская — 3 500 франков в месяц, барон Штакельберг — 1 300 франков, и никто не получал менее 500 франков в месяц.
С увеличением числа секретных сотрудников пришлось дать в помощь ротмистру Эргардту еще другого жандарма, и в августе 1912 года в Париж прибыл командированный Департаментом полиции помощник управляющего Варшавским охранным отделением (по району) бывший офицер корпуса жандармов, ротмистр армейской кавалерии Владимир Эмильевич Люстих, в ведение которого после смерти жандармского подполковника Эргардта в 1915 году и перешло большинство секретных сотрудников.
Затем 5 июля 1915 года в распоряжение Красильникова был послан прикомандированный к Петроградскому жандармскому управлению ротмистр кавалерии (бывшего корпуса жандармов) Борис Витальевич Лиховский; из Парижа он был направлен в Швейцарию, где и заведовал секретными сотрудниками: Долиным, Абрамовым, Санвеловым, Моделем и Шустером…
В конце 1912 года в распоряжении начальника заграничной агентуры был послан губернский секретарь Антон Иванович Литвин, которому за границей поручались различные деликатные миссии; затем на него было возложено заведование секретными сотрудниками, проживавшими в Англии, а именно: Бронтманом (Этер), Гудиновым и Селивановым. Между деликатными миссиями, которые поручались Литвину, отметим знаменитые переговоры его вместе с провокатором-анархистом Долиным с военным атташе немецкого посольства полковником фон Бисмарком в Берне.
