ловек, открыл с Барклаем переговоры, след- іа». ствіем коих было заключеніе конвенціи 10 (22) марта. Шведы обязались очистить Умео и всю Вестроботнію до реки Эре, оставя Русским все магазины; в случае-же возобновленія действій, Барклай и Кронштедт обязаны были предварить о том друг друга за 24 часа(24).
В тот-же день, Барклай торжественно вступил в Умео, где найдены большіе склады, 4 орудія и до трех тысяч ружей. Отряд Филисова, высланный по дороге к Торнео, отбил у Шведов множество жизненных и боевых запасов и 2 орудія. 11 (23) марта, пришел из Вазы в Умео Навагинскій полк; Барклай ожидал прибытія остальных трех, но на следующій день получил от графа Кронштедта известіе о заключенном на Аланде перемиріи и повеленіе генерала Кнорринга немедленно возвратиться в Вазу.
7 (19) марта, когда Кульнев уже стоял в Гриссельгаме, пріехал к Кноррингу полковник Лагербринг. с письмом от генерала Дёбельна, в котором он извещал нашего главнокомандующаго об искреннем желаніи герцога Зюдерманландскаго заключить мир, с тем только, чтобы русскія войска не переходили на берега Швеціи, и испрашивал согласіе на пріезд в нашу главную квартиру генерал - адъютанта графа Левенгельма, чтобы назначить место для переговоров. Граф Кнорринг, с согласія Аракчеева, отвечал, что граф Левенгельм будет принят с удовольствіем, и немедленно послал Кульневу и Барклаю де-Толли предписанія возвратиться — первому на Аланд, а второму в Вазу. Причины, побудившія к тому наших генералов, были: во 1-х, чтобы пребываніем русских отрядов на шведских бе-
406
мол регах не раздражить Шведов (!) и во 2-х, из опасенія, чтобы подувшій тогда южный ветер не взломал лед и не отрезал войск перешедших через залиіз (25).
Генерал Кульнев, получив посланное ему из главной квартиры предписаніе, возвратился наАландскіе острова. Граф Кнорринг полагал, что шведское правительство поспешит заключить мир с Россіею; но прибывшій из Стокгольма полковник Лагербринг объявил ему, что герцог Зюдерманландскій хотя и весьма желает прекращенія войны, однакоже неиначе откроет переговоры, как для заключенія общаго мира. Наши генералы были смущены этим известіем, но тем не менее согласились отменить вторженіе в Швецію, с условіем, чтобы иШведы, с своей стороны, не предпринимали враждебных действій против русских войск в Финляндіи и на Аландских островах (26): таким образом победители добровольно поставили себя наравне с побежденными. 8 (20) марта, Кнорринг, оставя на Аланде генерал-маіора Книпера, с 2-м егерским полком и 20-ю казаками, выступил обратно в поход и 13 (25) благополучно пришел в Або.
Барклай де-Толли, получив предписаніе возвратиться в Финляндію, пробыл в Умео еще три дня, как для отдыха своих войск, так и для того, чтобы не дать обратному походу вид отступленія. В продолженіи стоянки в Умео, русскія войска, соблюдая порядок и дисциплину, заслужили благодарность жителей и заставили их благословлять имя Русскаго Монарха (27). При выступленіи из Умео, Барклай оставил в целости все захваченные там магазины, донеся Кноррингу: „Увезти с собою взятую добычу, походило-бы един-
407
ственно на корыстолюбіе, а истребить и привесть іа». в негодносгь все доставшіяся нам вещи, не былобы знаком миролюбія с нашей стороны". Войска наши возвратились в Вазу 18 (30) марта.
Действія графа Шувалова на севере были весьма удачны. Там, со стороны Шведов, под начальством Гриппенберга, стояли небольшими частями, на пространстве между Торнео и Питео, несколько тысяч человек большею частью финских войск, в самом жалком положеніи, едва прикрытые лохмотьями, почти без обуви, не получая жалованья уже пять месяцев. В начале (в половине) марта, Шувалов собрав на реке Кеми до 4,000 человек, известил Гриппенберга о прекращеніи перемирія. Непріятели, оставя небольшой авангард у Торнео, стали собираться в 70-ти верстах позади, в Каликсе. Не смотря на жестокую стужу, доходившую до 30-ти градусов, войска Шувалова быстро подошли к Торнео и настойчиво преследовали отступавших Шведов, а между тем Шувалов послал полковника Ансельма де-Жибори к генералу Гриппенбергу, с известіем о прибытіи в Умео корпуса Барклая де-Толли и с предложеніем сдаться. Гриппенберг, за несколько часов до того, пол учи в от графа Кронштедта сведеніе о занятіи Русскими Умео, собрал военный совет, который решил вступить в переговоры, для избежанія бедствій угрожавших и без того уже разстроенному шведскому корпусу: следствіем того было заключеніе, в тот-же день, 13 (25) марта, конвенціи, по условіям коей все войска генерала Гриппенберга положили оружіе; финским войскам разрешено возвратиться в Финляндію, обязавшись не служить до окончанія войны, а Шведам — разойтись по домам, присягнув, что они,
408
