Такое продолжительное соблюдение целибата в культуре эскимосов-карибу случается крайне редко и только у шаманов. Что касается обычных людей, они достаточно часто соблюдали целибат, но на протяжении гораздо более кратких периодов, например во времена траура, сезона ловли китов и охоты на тюленей, когда, как считалось, духи очень обижались на людей, если те нарушали воздержание, налагавшееся на половую жизнь. Подготовка к охоте на тюленей продолжалась месяц, в это время мужчины переходили в отдельное жилище, а женщины навещали их только для того, чтобы приносить еду. Но даже в этом случае перед каждым дневным визитом они должны были мыться и надевать водонепроницаемые плащи. Такие предосторожности были очень важны, поскольку без помощи мира духов был неизбежен голод. Когда духи требовали, чтобы смертные воздерживались от сексуальных отношений, неповиновение было равносильно самоубийству – слишком многое было поставлено на карту.
Соблюдение целибата ради умиротворения духов и обеспечения хорошей охоты или урожая было распространено во всем мире[444]. В прошлом индейцы, обитавшие в районе пролива Нутка-Зунд в северной части Британской Колумбии и на Аляске, соблюдали воздержание в течение недели перед началом охоты на китов, а вожди возлагали вину за неудачу на такой охоте на своих людей, нарушавших целомудрие. На Мадагаскаре охотники на китов соблюдают целибат на протяжении восьми дней перед началом охоты.
В разных прибрежных районах южных морей охотники придерживаются воздержания на протяжении всего охотничьего сезона, продолжающегося до восьми недель. У некоторых племен Новой Гвинеи было запрещено заниматься половой жизнью во время брачного периода черепах, а шаман, обряды которого были призваны обеспечить успех охоты на кенгуру-валлаби, должен был соблюдать целибат в течение месяца перед началом охоты.
Обряды посвящения, которые проходил Игджугарджуг, по напряженности, суровости и требовательности к соблюдению целибата были повсеместно типичны для шаманов. Во многих обществах шаманы представляют собой единственных священнослужителей. Способность общения с духами они доводят до совершенства за счет практики телесного и психического подчинения себя суровым и жестоким испытаниям. Другой общей чертой, свойственной разным культурам на севере и юге, на западе и востоке, является целибат, востребованный повсюду, по крайней мере, на краткие периоды, а нередко и на более продолжительные сроки, порой даже на годы. Далеко от морозного севера, на Амазонке и на Гаити к шаманам выдвигают одинаковые особые требования, в число которых входит строгое соблюдение целибата как важнейшего фактора в укреплении позиций кандидатов на роль посредников между смертными и духами.
Как и бесплодные пустоши Игджугарджуга, мир шамана с берегов Амазонки представляет собой опасную обитель мистических сил, помогающих им духов, коварных врагов и мстительных клиентов. Индейцы племени дживаро в Эквадоре знают, что черная магия вызывает большинство болезней и ненасильственных смертей и что повседневная жизнь, проходящая наяву, – всего лишь иллюзия, «обман»[445]. Действительность сверхъестественна, и ключом к пониманию этого являются галлюциногенные наркотики.
Однако только шаманы могут пересекать границы между человеческим и сверхъестественным мирами и вместе с духами вмешиваться в козни, которые там строят другие шаманы. Шаманизм имеет два измерения: колдовство, или проклятье, и исцеление – две стороны одной и той же деятельности. Оба типа шаманов употребляют
Шаманы должны готовиться к своей работе, постоянно проверять и перепроверять себя, убеждаясь в том, что их силы не истощились. Такое с ними происходит нередко, поэтому они находятся в состоянии постоянной профессиональной трансформации. Могущественный сегодня шаман завтра может стать бессильным неудачником. Эти шаманы работают с помощью
