По сути дела, Мандевиль чувствовал, что в действительности такова человеческая природа, поскольку как мужчины, так и женщины безнадежно похотливы. «Увы! Эта страстная любовь к женщине рождена в нас и воспитана; более того, она абсолютно необходима для того, чтобы вообще появиться на свет». И то же самое относится к женщинам, физическое устройство которых также предусматривает эротическую страсть:

все наши последние открытия в области анатомии не обнаруживают никакого иного предназначения клитора, кроме возбуждения в женщине желания за счет его частых эрекций; что, несомненно, провоцирует такую же реакцию, как эрекция пениса, совершенной копией которого он является, только в миниатюре[723].

Нет ничего удивительного в том, что, будучи охваченными «неистовством женского желания», женщины идут на любой риск ради его удовлетворения – «даже срам и нищета по сравнению с этим выглядят как пустяки». Чтобы уравновесить присущее им сладострастие, применяются средства социального давления.

Все молодые женщины обладают твердыми убеждениями в отношении чести, которые постоянно внушаются им с самого детства. Девочек приучают ненавидеть шлюх еще до того, как они узнают, что значит это слово; и когда они вырастают, их мирские интересы полностью определяются их репутацией, основанной на целомудрии. Это чувство чести и интереса является тем, что мы можем назвать искусственным целомудрием; и от этого сочетания естественного и искусственного целомудрия зависит подлинное, реальное целомудрие каждой женщины[724].

Проницательный анализ совращения и обычаев ухаживания, проведенный Мандевилем, до боли напоминающий публикации многих современных женских журналов, хоть и гораздо более умный, объясняет, как женщины определяют, смогут ли они сохранить чувства любовников, продолжая отстаивать свое целомудрие, и сдадутся только после того, как ими «овладеют силой» или соблазнят. Все это совершенно неверно, но уже тогда целомудрие стало атрибутом прошлого.

Перед тем как сконцентрироваться на решении проблем, вызванных неспособностью женщин противостоять назойливо домогающимся их мужчинам, Мандевиль также уделял внимание мужской девственности, которую осуждал с такой же настойчивостью, с какой рекомендовал ее большинству женщин. Девственные женихи, заявлял он, бывают «очень сильно потрясены разочарованием» на брачном ложе. С другой стороны, когда речь идет о порочных мужчинах, их реакция бывает совершенно другой.

Вступая в брак, он знает, как преодолеть любое разочарование… и готов сделать скидку на те ошибки и недостатки, которые неотделимы от природы рода человеческого. Это настолько очевидно, что сами женщины лучшими мужьями считают распутников[725].

После детального и точного описания механизмов двойного стандарта Мандевиль переходит к существу вопроса:

Единственный способ сохранить женскую непорочность состоит в том, чтобы предотвратить осаду этой крепости мужчинами: но единственным способом предотвратить осаду ее мужчиной является проект публичных домов: потому этот проект является единственным способом сохранить женскую непорочность[726].

Законодательство против сексуально непристойного поведения, доказывал он, не будет работать удовлетворительно, а «лицензия на публичные дома, представляющая собой нечто вроде юридического решения проблемы», обеспечит распутным мужчинам приемлемый и безопасный выход. Они

Перейти на страницу:

Все книги серии Воздержание

Похожие книги