История революции и гражданской войны на Украине — это переплетение и противоборство социальных и национальных процессов и проектов. В 1917 г. лидерам национального движения удалось мобилизовать значительную, в том числе вооруженную поддержку в пользу национального проекта, что позволило создать Украинскую народную республику. Но стремление максимально расширить её территорию сыграло с национальным проектом злую шутку — на юге и востоке нового украинского государства преобладали сторонники тесных связей с Россией. В 1918 г. популярность радикальных социальных преобразований оказалась значительно выше, чем строительство национального государства, независимого от России. Стабилизировать такое государство могла только внешняя интервенция. Уход австро-германских интервентов предопределил новый успех советского проекта на Украине, который, однако, большевикам не удалось монополизировать. Упадок УНР сопровождался подъемом повстанческих движений, которые воспринимали советский проект не как торжество военно-коммунистического режима, а как широкое самоуправление и равноправие. Попытка коммунистов пересадить жесткую централизованную модель управления на украинскую почву вызвала отторжение, волну восстаний (в том числе национальных и даже национал-шовинистических) и крах УССР в 1919 г. Впрочем, возвращение на Украину «единой и неделимой России» в лице белого движения лишь усилило повстанческую волну. Сопротивление активной части украинских рабочих и крестьян попыткам всероссийских сил унифицировать территорию бывшей Российской империи не только погубило белое движение в этом регионе, но в конечном итоге заставило и большевиков пойти на важные компромиссы в вопросах экономической политики (НЭП), культуры (украинизация) и государственного строительства (признание УССР одним из равноправных учредителей СССР). Столкновение внутриукраинских сил и государственных образований, возникших на территории распавшихся на востоке Европы империй, привело к раздел)' Украины между будущим СССР и Польским государством. В отличие от западной Украины, где стала проводиться политика полонизации. УССР в 20-е гг. стала очагом развития украинской культуры. Коммунистический режим извлек уроки из своего не всегда удачного опыта времен гражданской войны и пошел навстречу национальным требованиям украинцев, стремясь найти баланс национальных и социальных задач.
После завершения революции ее итоги должны были быть оформлены в новые государственные формы. Необходимо было создать единую систему государственной власти на месте разнородных республик, образовавшихся в ходе революции и оказавшихся под контролем коммунистов.
Формально, по внешнеполитическим мотивам или ради привлечения на сторону большевиков широких масс, приверженных идеям национальной самостоятельности, в 1922 г. существовали «независимые» от России республики (Украинская, Белорусская, Грузинская, Армянская, Азербайджанская, Бухарская, Хорезмская, Дальневосточная).
В результате, как говорил видный украинский большевик В. Затонский на X съезде РКП(б). «я лично не знаю, в каких отношениях мы находимся сейчас с РСФСР, мы живущие на Украине, я лично не разобрался окончательно. Что же говорить о широких массах! С заключением последнего договора мы не то находимся в федерации, не то не находимся». Давая свои предложения по этому вопросу. Затонский предвосхитил идею СССР: «Нам необходимо вытравить из голов товарищей представление о советской федерации, как федерации непременно «российской», ибо дело не в том, что она российская, а в том, что она советская… Следовало бы это название просто устранить, или просто оставить название «Советская федерация», или придумать какое-нибудь другое».
Противоположный подход предложил в августе 1922 г. Сталин, проект которого предусматривал «формальное вступление независимых советских республик: Украины, Белоруссии, Азербайджана. Грузии, Армении в состав РСФСР» (вопрос о Средней Азии и Дальнем востоке на время был оставлен в стороне из-за дипломатических сложностей). На эти республики распространялась сфера компетенции высших органов власти РСФСР и наиболее важных российских наркоматов. Это позволяло при некоторой автономии республик обеспечить главное для Сталина: «организацию на деле единого хозяйственного организма на объединенной территории Советских республик с руководящим центром в Москве».
