Решение Гитлера зависело от позиции Польши. Перемены в настроении поляков наметились после Мюнхена, когда нацисты перешли от «судетской проблемы» к «данцигской». Гитлер, верный своей политике возврата всех населенных немцами земель, намеревался присоединить контролировавшийся Польшей Данциг и разделявший Рейх польский балтийский коридор. Поскольку Польша считалась дружественным государством, немцы были готовы найти ей компенсацию за чужой счет. Очень скоро стало ясно, что поляки не хотели бы создавать украинское государственное образование да же под своей эгидой. Не отказыва ясь публично от у краинской игры, Гитлер был готов легко пожертвовать ей ради союза с Польшей в решении более важных для него вопросах. Но пока украинская карта могла играть и против поляков. В Варшаве опасались раскручивания «украинского вопроса» не меньше, чем в Москве.
24 октября 1938 г. Риббентроп предложил Польше совместную политику в отношении СССР на базе Антикоминтерновского пакта. Германия обещала не создавать марионеточное украинское государство в Закарпатской Украине. За все это Польша должна была согласиться на передачу Германии Данцига и создание экстерриториального немецкого шоссе и железной дороги, соединяющей две части Рейха.
Риббентроп был готов обсудить и более выгодные варианты: обмен балтийского побережья на черноморское – за счет СССР и безо всякой независимой Украины. Выход Польши к Балтийскому морю можно подыскать было за счет стран Балтии. Восстановление границ Речи Посполитой начала XVIII в. было заманчивой перспективой. Но удовлетворят ли немцы территориальные притязания Польши к СССР и Литве, обеспечив выход к морям, или, напротив, создадут новое украинское государство – это вопрос будущего. А балтийское побережье собираются отобрать уже сейчас. Судьба Чехии показывала, что быть сателлитом Германии небезопасно. Польша стремилась показать Гитлеру, что она все же не Чехия. Польские руководители решили, что слишком рискованно менять имеющийся выход к морю на «шкуру неубитого медведя» СССР. И отказали Германии, сделав ставку на свои союзнические отношения с Великбританией и Францией.
Еще в ноябре германское руководство надеялось, что в случае «советско-германского конфликта Польша будет на нашей стороне». Но во время рождественских каникул Гитлер склонился к мысли, что Польша не станет участвовать в его смелых проектах перекройки восточной Европы, а это меняло направление следующего удара. 8 марта 1939 г. Гитлер сообщил ближайшему окружению о намерении сначала сокрушить Запад, а уже потом уничтожить СССР. В апреле началось создание плана «Вейс», и пошел обратный отсчет германского нападения на Польшу.
Несмотря на отказ от использования «украинского вопроса» в публичной политике, германское руководство не сбросило со счетов украинских националистов. До июля 1941 г. они не понимали, что Германия в любом случае не собирается содействовать делу украинской незалежности, и готовы были видеть в Гитлере союзника, а не просто господина. 15 августа 1939 г. абвер сформировал из членов ОУН диверсионно-повстанческое подразделение во главе с членом Главного провода Р. Сушко для организации восстаний на Западной Украине. Услуги этого подразделения не понадобились, но позднее оуновцы продолжили службу в охранных подразделениях в районах, примыкающих к СССР, что не могло не нервировать советскую сторону.
В Лондоне события 15–17 марта 1939 г. были восприняты под углом зрения прежней информации о намерении Гитлера использовать «украинскую игру» против СССР. Отказ Гитлера от похода на Украину был своего рода сигналом, что Гитлер может развернуться на Запад.
Узнав о произошедшем, Чемберлен сменил милость на гнев. В речи 17 марта 1939 г. Чемберлен сделал вид, что отказывается от политики умиротворения. 31 марта он предоставил Польше гарантии вступления Великобритании в войну, если страна подвергнется «прямой или косвенной агрессии». Под косвенной агрессией понималось то, что случилось с Чехо-Словакией в 1939 г. После захвата Албании Италией гарантии были предоставлены балканским странам.
Британское предложение гарантий и одновременный ультиматум со стороны Германии 21 марта 1939 г. поставил Польшу перед выбором – либо превращение в германского сателлита, либо «равноправная» дружба с Западом. Дружить с Западом было почетнее, чем с Гитлером. Но ориентация на Великобританию делала союз Германии и Польши против СССР невозможным. Гитлеру не нужен был союзник, который управляется из Лондона. За шесть дней до нападения Германии на Польшу 24 августа Геринг говорил польскому послу Липскому: «Решающее препятствие для дружественных отношений между Рейхом и Польшей – не данцигский вопрос, а союз Польши с Англией».
