Со стороны кладбища, как раз с той его стороны, где по предположению Олега и должен был находиться сейчас Виталик, раздался вдруг отчаянный человеческий крик. Вернее, крик этот был почти что нечеловеческий, столько скрытой муки, ужаса и какой-то особенно безысходной, смертельной даже тоски переплелось в нём. У Олега мгновенно похолодело внутри, он выронил сигарету вместе с зажигалкой, но, даже не замечая этого, невольно сделал назад шаг, потом второй, третий. Ещё секунда и, возможно, он, совершенно потеряв голову от страха, побежал бы прочь, но крик вдруг внезапно оборвался на самой высокой ноте. Было такое ощущение, что кричащему заткнули чем-то рот. А, может, просто врезали по голове чем-то тяжёлым, кто знает…
Именно это остановило Олега, и некоторое время он стоял молча и совершенно неподвижно, ощущая какую-то по-особенному противную, мелкую дрожь в коленках и пристально вглядываясь в обманчивый полумрак вечернего кладбища. Стемнело ещё не так и сильно, но отдалённые предметы уже почти не просматривались, потеряв отчётливость и окраску, сливаясь по мере отдаления в одну общую безликую массу с окружающим их фоном. Сердце бешено колотилось в груди Олега, крупные частые капли липкого пота проступили на лбу и висках, даже дышать стало трудно. Он был уверен, стопроцентно уверен даже, что это кричал Виталик, что это с ним что-то случилось, страшное что-то, и это «что-то» самым непосредственным образом связано с той, будь она трижды проклята, странной могилой, куда именно он, Олег, и привёл сегодня Виталика по собственному своему недоумию…
«А может и не связано? – мелькнула в голове Олега спасительно-трезвая мысль. – Как знать, может, он и в самом деле дурачится, издевается надо мной? Знает ведь, паршивец, что я просто так отсюда не уйду, что ожидать его, паршивца, буду…»
В сущности, такой вариант на все сто устраивал Олега, он даже обиды не держал бы на друга за дурацкий этот розыгрыш. Но, к сожалению, Олег ни капельки не верил в саму даже возможность столь благоприятного развития событий. Ведь девушка в могиле и в самом деле подавала голос, это был никакой не розыгрыш, а вот теперь там, возле могилы, произошло нечто ужасное, может даже непоправимо-ужасное… и Олегу, как бы не хотелось ему от всего этого отвертеться, придётся-таки вновь возвращаться на страшное это место.
А Олегу и в самом деле, ох, как не хотелось делать этого. Его внезапно охватил страх, самый элементарный животный страх. Олег боялся возвращаться туда, где он оставил Виталика, он сам стыдился этой своей боязни, стыдился, но ничего не мог с собой поделать…
А потом ему стало так стыдно, что стыд этот напрочь переборол страх. Этот стыд да ещё огромная тревога за друга, не то, чтобы изгнали страх окончательно, но их совместных усилий оказалось вполне достаточно для того, чтобы он, страх этот, отступил куда-то на запасные позиции. Медленно и тяжело ступая на удивительно непослушных, ватных ногах, Олег двинулся всё же в обратном направлении, туда, к зловещей этой могиле, где он и покинул Виталика некоторое время назад. Шёл Олег довольно-таки медленно, настороженно, с опаской вглядываясь в совершенно сгустившиеся уже сумерки. Сердце бешено стучало-колотилось в груди, оно, казалось, лишь чудом не выскакивало наружу. Олег старался не думать сейчас ни о чём, совершенно ни о чём не думать сейчас, и это ему пока удавалось, вернее, почти удавалось. Вот, наконец, и то самое место, кажется, так оно и есть: кустарник здесь как бы раздвигается в стороны, образуя что-то вроде идеально круглой площадки, а эта непонятная могила была своеобразным центром этого круга. Но там должен стоять крест… и где он сейчас? Виталика тоже не было видно на полянке, если только…
Если он только не валяется где-то тут без сознания… пусть что угодно, лишь бы он был жив!
По мере приближения к могиле Олег почувствовал вдруг как быстро возвращается страх, как заполняет этот страх всю его сущность. Только теперь Олег смог разглядеть в густом сумраке ночи крест, валяющийся чуть в стороне от могилы… впрочем, могилы уже не было, на её месте чернела смутно глубокая свежая яма. Преодолевая из последних самых сил страх, Олег заставил себя подойти ещё ближе и с опаской заглянул в яму. На дне ямы виднелось что-то, скорее всего, гроб с чуть сдвинутой в сторону крышкой. Пустым был этот гроб в настоящий момент или в нём всё же находился его обитатель – этого Олег так и не смог рассмотреть отсюда, сверху…
«А вдруг там Виталик?»– пришла в голову Олегу совершенно уже бредовая мысль. С поспешностью он постарался отогнать её, отступил назад, затравленно осмотрелся по сторонам.
Вокруг было тихо, на удивление тихо и на удивление спокойно, но Олега почему-то ни на мгновение не покидала ощущение того, что кто-то невидимый и зловещий внимательно за ним наблюдает. Это было крайне неприятное ощущение, больше всего на свете Олегу хотелось уйти отсюда, просто уйти… но он из последних сил сдерживался. Где-то здесь был Виталик и ему явно требовалась помощь.