8. «Черкасское вино» (1667 г.). Этот термин хотя также носит внешнеторговое происхождение, но получил широкое распространение не только в приграничных с Украиной районах, но и во внутренних русских областях, а также в самой Москве. Черкасским вином называли в России украинскую водку – горилку, изготовленную из пшеницы, в отличие от русской водки, производимой либо целиком из ржи, либо пополам из ржи и овса с ячменем, либо из ржи, но с добавками пшеницы. Черкасское вино, или горилка, привозилось из Запорожской Сечи, и получило свое наименование по городу Черкассы и по черкасским казакам (так до 1654 года именовали всех украинцев), которые во второй половине XVI века стали вывозить через Московское государство свою водку-горилку для реэкспорта в северо-восточную Россию. Черкасская водка была хуже по качеству, иногда очень плохо очищена, порой совсем не очищена, а потому была дешева, ибо ценилась значительно ниже московской, русской, поэтому значительную часть ее перекупали предприимчивые русские купцы и продавали в кабаках России, в то время как настоящая московская, русская водка вывозилась за границу на Запад или шла к столу господствующих классов. Причины плохого качества черкасской водки-горилки коренились в ее украинско-польской технологии, не знавшей целого ряда очистительных процессов, применявшихся только в России[109]. Кроме того, сказывались и различия в сырье, что отражалось на вкусовых свойствах водки. В русском обиходе термин «черкасское вино» удержался вплоть до Крымской войны 1853–1856 годов, после которой вообще доступ украинской (с 1861 г. – картофельной) водки был прекращен на рынки центральных областей.
9. «Оржаное винцо», «житное вино» (т. е. ржаное вино). Эти термины отражают тот исторический факт, что вплоть до 40–60-х годов XVIII века, то есть на протяжении трех веков, в России выкуривали хлебное вино исключительно из ржи, а с середины XVIII до середины XIX века, то есть еще на протяжении столетия, рожь продолжала составлять в среднем не менее половины сырьевой основы для русской водки. Лишь с середины XIX века Россия постепенно переходит на использование пшеницы и картофеля для производства водки, однако зерновая основа остается преобладающей вплоть до 1917 года.
10. «Зельено вино», «зелено-вино», «хмельное вино», «зелье пагубное». Эта группа терминов встречается на протяжении трех-четырех столетий главным образом в бытовом языке, в художественной литературе, фольклоре, сказках. Однако они имеют вполне реальную основу и означают любой вид хлебного вина любого качества, но сдобренного пряными, ароматическими или горькими травами, чаще всего хмелем, полынью, анисом, перцем или их сочетаниями. Правильное название водки термином этой группы «зельено-вино» (от «зелье» – «трава» по-церковнославянски), то есть водка, настоенная на травах или, точнее, перегнанная с травами. Иногда такая водка могла иметь слегка зеленоватый оттенок, но при хорошем качестве она должна быть бесцветна. Поэтому нельзя производить этот термин от слова «зелень» и понимать его как «зеленое вино». Между тем именно эта ошибка наиболее часто распространена.
11. «Горькое вино». Этот термин, впервые отмеченный в 1548 году и затем появившийся вновь в 1787 году, получил наибольшее распространение во второй половине XIX – начале XX века как эквивалент водки. По своему значению он примыкает к предыдущему и означает водку, перегнанную с горьковатыми травами (полынью, почками березы, дуба, ивы, ольхи и т. д.). Однако это первоначальное значение полностью было утрачено в конце XIX века, и термин переосмыслен как обладающий переносным смыслом – «горькая», то есть напиток, приносящий горькую, несчастную жизнь, или тот, который пьют с горя. «Пить горькую» стало означать запить надолго, безнадежно. Поэтому термин применяем ныне лишь в литературном обрамлении (как метонимия), а не как деловое обозначение водки.
<p>3</p><p>Эвфемистические, метонимические и жаргонные термины хлебного вина в XVIII–XIX веках</p>Возникновение определений, заменяющих официальные или обычные распространенные термины хлебного вина, относится в основном к XVIII–XIX векам. Из эпохи старой, допетровской Руси к таким терминам можно отнести лишь «зелено-вино», которое именно в XVIII–XIX веках приобрело свой эвфемистический смысл, но вовсе не имело его ни в XVI, ни в XVII веке.
