К концу XVII в., вследствие разгрома антигабсбургских заговоров и казней возглавлявших их магнатов, а также в связи с постепенным онемечиванием аристократической верхушки придворная поэзия барокко сходит на нет. Одновременно в Западной Венгрии развивается и достигает большого подъема литературное творчество совсем другого рода — устная песенная поэзия, вдохновляемая борьбой против турок и ростом антиавстрийских настроений. Это главным образом патриотическая, любовно-бытовая и солдатская лирика — песни о разорении страны, о военных походах, о несчастной доле. Безымянными авторами этих песен были странствующие проповедники, школяры, ремесленники, солдаты. Многие песни стали записываться лишь в XIX в.
Восточная Венгрия, Эрдейское княжество (Трансильвания), по господствовавшим в ней идеям и литературным традициям сильно отличалась от Западной Венгрии. В независимом до конца века Эрдейском княжестве, кальвинистском по официальному вероисповеданию и имевшем более развитые буржуазные отношения, главенствовали рационалистически-гуманистические течения. Здесь поддерживались идейные и научные связи с Голландией и Англией. Учившаяся в голландских университетах венгерская дворянская молодежь знакомилась там с философией Декарта и сама начинала ее проповедовать. Янош Аппацаи-Чере (1625—1659), тоже учившийся в Голландии, издал в 1653 г. «Венгерскую энциклопедию» (на венгерском языке), где систематизировал в духе картезианства познания того времени. Этот труд был просветительским и филологическим подвигом Апацаи. Другим предшественником просветителей был первый венгерский типограф Миклош Киш-Тотфалуши (1650—1702), также ревностный сторонник светского образования, в интересах которого он стремился увеличить количество дешевых изданий, упростив и венгерское правописание.
Литература в Эрдее, даже собственно аристократическая, несла на себе отпечаток рационалистического практицизма. Отчасти поэтому на первом плане стояла в ней не поэзия, а проза — причем не «развлекательная», а более серьезная — историческая и мемуарная. Крупными представителями такой литературы были видный политик, некоторое время правитель княжества Янош Кемень (1607—1662) и особенно Миклош Бетлен (1642—1716).
М. Бетлен учился у Апацаи-Чере и был одним из образованнейших вельмож своего времени. Он провел несколько лет за границей, слушал Гуго Гроция и Регия, встречался с Тюренном и Кольбером, а в Западной Венгрии — со Зрини, чьи политические идеалы (мирное процветание под эгидой венгерского просвещенного монарха) всецело разделял. Однако идеалам Бетлена не суждено было осуществиться, и сам он попал в австрийскую тюрьму. Там он написал главное свое произведение — «Автобиографию» (1708—1710), где откровенно и с глубоким ощущением трагедийности исторической ситуации поведал о своей жизни.
В связи с общенациональным освободительным движением в литературу Западной Венгрии во второй половине XVII в. проникла демократическая фольклорная струя. Исторически и художественно особенно интересна в этом отношении поэзия куруцев — венгерских повстанцев, людей разных, нередко — низших рангов, боровшихся с властью Габсбургов. Поэзией «безвестных венгерских Тиртеев» называет ее венгерская история литературы. «Тиртеи» эти сочиняли, однако, песни не только воинственно-воодушевляющие. В их наследии видное место занимают и скорбные песни, которые составляют особенность поэзии куруцев именно как поэзии народа, поднявшегося на неравную борьбу с грозным притеснителем.
Есть в песнях куруцев задорная лихость, удалая отвага вкусившего победу солдата, которому все нипочем. Например, в песне «Палко Чином»:
(Перевод М. Исаковского)
Но еще больше в этих песнях горьких сетований на судьбу, даже на родину, которая после тяжких поражений отворачивается от своих сыновей, как злая мачеха, хотя все равно не может истребить их любви к себе («Куруц в изгнании»).
