В XVII в. завершилось завоевание турками греческих земель бывшей Византийской империи. Дольше других греческих областей сопротивлялись завоевателям острова. Родос был захвачен лишь в 1522 г., Хиос — в 1566, Кипр — в 1589, Крит — в 1669 г., а Ионические острова вообще никогда не знали власти султана. Турецкому вторжению на островах предшествовали почти четыре века франкского владычества — рыцарей-иоаннитов на Родосе, Венецианской республики на Крите, Кипре и Додеканезских островах. Неоднородность политической ситуации сказывалась и на литературном процессе. Подневольное состояние не способствовало расцвету искусств. Особенно тяжело приходилось населению на территории, оккупированной турками. Подчинение завоевателям с их чуждым для греков образом жизни задерживало развитие творческих сил народа, уже истощенного длительными войнами и экономической разрухой. Литература, которая к XV в. существовала в двух формах: народной (на новогреческом языке) и «ученой» (на древнегреческом), ограничивается народной формой в жанрах песни — чаще всего плача — и стихотворных пророчеств, в которых выражалась надежда на близкий конец «царства Измаила» и на утверждение царства Христова, где рассеянным по различным государствам, угнетаемым разными правителями грекам обещан «Один Пастырь и одна кошара».
«Ученая» литература создавалась в клерикальных кругах. Авторы происходили обычно из областей, еще не подвластных султану или недавно им захваченных. Они получали образование в Италии и направлялись оттуда в Стамбул, в «логово зверя», воодушевляемые высокой идеей служения родине.
Следует подчеркнуть особую роль церкви в рассматриваемую эпоху. Если накануне падения Византии ее церковь потеряла в значительной степени авторитет и влияние в народе, то теперь она становится естественным центром сопротивления иноверному, инокультурному владычеству. Укреплению церкви способствовала сама Оттоманская империя, заинтересованная в надежном, организованном посредничестве между своей властью и народными массами. В конце концов участие в сборе налогов превратило греческую церковь в послушную служанку султана, но в XVII в. она еще использовала дарованные султаном привилегии для выполнения почетной миссии — сохранять традиции, письменность, национальную культуру. В Греции возник так называемый «клерикальный гуманизм». Своеобразие этого явления в том, что его осуществляли деятели церкви, одушевляемые интересами не столько религиозными, сколько национальными. Православие рассматривалось ими как одна из традиционных форм национальной культуры. Эта особенность греческого «клерикального гуманизма» привела впоследствии к широкому распространению вольтерьянства в монашеских кругах.
Среди константинопольских патриархов выделяется политической и просветительской деятельностью крупнейший представитель «клерикального гуманизма», уроженец Крита, Кирилл Лукарь (на патриаршем престоле с 1620 по 1638 г.). Он окружил себя учеными, улучшил преподавание в Патриаршей академии, ставшей центром высшего образования в Греции, учредил типографию, замыслил далеко идущие реформы перехода образования и богослужения на народный язык. Его обвинили перед султаном в симпатиях к кальвинизму, в сговоре с Россией для организации восстания в Греции и казнили. После смерти Лукаря кружок его друзей и единомышленников продолжал его просветительскую деятельность, но уже не в столице. Ректор Патриаршей академии (до 1638 г.) философ Феофил Коридалей первым в Греции выступил против схоластики и обратился к подлинным текстам Аристотеля. Он написал «Риторику», «Логику», «Физику» и другие произведения, где комментировал сочинения Аристотеля в материалистическом духе. Его «Письмовник», разошедшийся по Греции во множестве списков, утвердил древнегреческий язык в греческой эпистолографии до XIX в. Тут необходимо отметить, что в отличие от Византии и от Греции XVIII в. языком «ученой» литературы XVII в. был народный разговорный язык. На него переводились псалмы Давида и басни Эзопа. К. Лукарь пытался ввести в обращение перевод евангелий на новогреческий язык. Необходимость пользоваться при богослужении народным языком была связана с невозможностью организовать достаточно широкую сеть преподавания древнегреческого языка хотя бы в объеме понимания литургической литературы.
Поборником народного языка был Досифей (1641—1707), патриарх Иерусалимский, страстный книголюб и ревнитель просвещения. Благодаря ему учреждаются типографии в Яссах и Бухаресте, греческая школа в Иерусалиме. Другой церковный деятель этой эпохи, прославившийся в истории греческой словесности, — Илья Миниат (1669—1714), преподаватель во Флангинианском коллегиуме в Венеции, епископ, автор знаменитых «Поучений» на народном языке, заслуживший прозвище «Нового Златоуста». Его «Поучения», в которых впервые для греческой прозы появляются стилистические элементы итальянского барокко, имели большое значение для формирования новогреческого литературного языка.
