По-иному сложилась судьба самого северного из мохэских племен — хэйшуй мохэ, которые по-прежнему расселялись по берегам Амура от устья р. Сунгари до устья р. Уссури. По существу, здесь, как и на юге в низовьях Сунгари у сунмо мохэ в момент их союзнических отношений с Когурё при отражении агрессии Тан, сформировался со временем племенной союз. Во всяком случае, все попытки Бохая подчинить себе "процветающие и разделенные на 16 групп" (племен?) хэйшуй мохэ ни к чему не привели. Амурские мохэ создали собственную армию, соорудили на своих северных и южных границах "частоколы" и успешно отражали попытки отрядов Бохая вторгнуться на их территорию. Борьба Бохая с северными племенами затянулась на десятилетия. Много раз императоры Бохая объявляли об "окончательном" умиротворении хэйшуй мохэ. Однако, судя по тому, что вожди их посылали свои посольства к соседям, в том числе в Китай, минуя посредничество Бохая и "не уведомляя его владык", амурские мохэ до конца сохраняли свой суверенитет. Можно представить меру негодования и в то же время опасения бохайского императора У-ди, когда он узнал о походе на юг очередного посольства других соседей Бохая с целью нападения на границы дальневосточной империи.
Период возвышения и особой политической и военной активности хэйшуй мохэ относится к X в. К территории, которую они контролировали в то время, относились не только бассейн среднего Амура, но также верхняя половина р. Сунгари и, вероятно, долина рек Уссури и Суйфуна. Именно тогда, еще до возвышения киданей и нападения их на Бохай, среди хэйшуй мохэ стало выделяться могуществом племя нюйчжэней. Так, впервые в источниках появилось название "чжурчжэнь", по которому всех хэйшуй мохэ вскоре стали называть "нюйсжэнь". В течение последних десятилетий существования государства Бохай неоднократно осуществлялись вторжения чжурчжэней в пределы южных территорий, и армия его, не без значительных усилий, отражала нападения своих северных соседей. В свете таких фактов, ни о каком "подчинении" хэйшуй мохэ или чжурчжэней Бохая не могло быть и речи. Когда кидани в 926 г. разгромили Бохай, то на передовую линию борьбы за независимость народов Дальнего Востока от кочевников центральноазиатских степей вышли чжурчжэни, далекие потомки легендарных сушеней юга Маньчжурии. Первые описания их земель содержатся в исторических сочинениях эпохи Сун, а также в немногих из сохранившихся отчетов тех, кого судьба заносила в далекую сторону. Многое из записанного о природе и климате ее, о чем сжато рассказывалось на первой странице очерка, знакомо из разделов ранних хроник, где сообщались сведения о сушенях, илоу, уцзи и мохэ.
Но самое удивительное рассказывалось о коренных обитателях страны — чжурчжэнях[47]. Все поражало в них средневековых путешественников в чужие и далекие северные земли — внешний вид, одежда, прическа, пища, образ жизни, обычаи и общественная жизнь. Это был народ большого мужества и благородства, необыкновенной отваги и выносливости, свободолюбия и воинственности. Чжурчжэни, как отмечалось в источниках, простоватые, безыскусные люди, храбрые и свирепые, не знающие в должной мере цену жизни и смерти. Они были отважны и дерзки. Каждый раз, отправляясь на войну, воины надевали многослойный панцирь. Вперед высылался авангард, называемый "крепкой армией". "Летучая" конница чжурчжэней подобно вихрю проносилась по речным долинам и спускалась, "как бы летая", с гор, наводя ужас на врагов. Воины-чжурчжэни терпеливо сносили невзгоды походной жизни — голод, жажду, тяжелые и длительные переходы. Реки не составляли для них преграды. К удивлению врагов, отряды чжурчжэней, не останавливаясь и не наводя мостов и паромов, вплавь на лошадях форсировали такие широкие реки, как Амур и Хуанхэ.
