17. Закончив преследование Стромбихида до Самоса, Халкидей и Алкивиад вооружили тяжелым вооружением гребцов пелопоннесских кораблей1 и оставили их на Хиосе. Вместо них они набрали экипажи (для своих кораблей и двадцати других) из хиосцев и отплыли к Милету, чтобы склонить город к восстанию. Ведь Алкивиад, который был в дружественных отношениях с главарями олигархов в Милете2, желал привлечь Милет на свою сторону еще до прибытия пелопоннесской эскадры и только с помощью боевых сил хиосцев и Халкидея привлечь к восстанию как можно больше ионийских городов. Таким образом Алкивиад хотел доставить славу успеха экспедиции хиосцам, себе самому, Халкидею и (во исполнение своего обещания) Эндию, который его и послал. Большую часть пути Алкивиаду и Халкидею удалось пройти незаметно и затем, лишь немного опередив Стромбихида и Фрасикла (который только что присоединился к нему, прибыв из Афин с 12 кораблями, и теперь участвовал в преследовании неприятеля), склонить Милет к восстанию. Преследуя врагов по пятам, афинская эскадра в составе 19 кораблей прибыла к Милету. Милетяне, однако, не приняли афинские корабли, и те бросили якорь против города у острова Лады3. Сразу же после восстания Милета лакедемоняне заключили свой первый договор4 с царем при посредстве Тиссаферна и Халкидея. Договор гласил так.
18. «Лакедемоняне и союзники заключили союз с царем и Тиссаферном на нижеследующих условиях. Все земли и города, которыми царь владеет или владели его предки, должны принадлежать царю. Сколько бы денег и других доходов ни поступало до сих пор к афинянам от этих городов, пусть царь и лакедемоняне с союзниками отныне не допускают афинян получать эти деньги и другие доходы1. И пусть царь и лакедемоняне с союзниками сообща ведут войну против афинян. Мира же с афинянами не заключать без взаимного согласия царя, с одной стороны, и лакедемонян с союзниками — с другой. Если кто-либо восстанет против царя, то пусть будет врагом лакедемонян и их союзников. А если кто поднимет восстание против лакедемонян и их союзников, то равным образом да будет врагом царя». Таковы были условия союза.
19. Вскоре после этого хиосцы, снарядив еще 10 кораблей, отплыли в Аней1, чтобы разведать о положении в Милете и вместе с тем чтобы склонить к восстанию против афинян города на побережье. Однако они получили приказ Халкидея возвратиться ввиду приближения войска Аморга2. Тогда хиосцы отплыли к святилищу Зевса3, где заметили афинскую эскадру в составе 16 кораблей, с которыми Диомедонт4 прибыл из Афин вслед за Фрасиклом. При виде афинской эскадры хиосцы немедленно бежали: один корабль — в Эфес5, а остальные — к Теосу. Афиняне захватили 4 корабля без людей (экипажи их уже раньше бежали на берег). Остальные корабли бежали в город теосцев. Затем афиняне отплыли на Самос, хиосцы же на оставшихся кораблях снова вышли в море и с помощью сухопутного войска6 побудили Лебедос7, а потом и Эры8 отложиться от афинян. После этого сухопутное войско и корабли возвратились домой.
20. Около этого времени 20 пелопоннесских кораблей (которые афиняне во время преследования оттеснили в Спирей и затем блокировали равным числом своих кораблей)1 сделали неожиданную вылазку. В сражении они одержали победу, захватив 4 афинских корабля. Вернувшись в Кенхреи2, они стали готовиться там к новому походу на Хиос и в Ионию. Прибыл в Кенхреи из Лакедемона и наварх3 Астиох, который командовал теперь всем пелопоннесским флотом. Тем временем сухопутное войско клазоменцев и эритрейцев возвратилось из Теоса. Вернулся также и Тиссаферн с войском, разрушив остатки афинского укрепления в Теосе. Немного спустя после ухода Тиссаферна в Теос прибыл Диомедонт с 10 афинскими кораблями и заключил с жителями соглашение, по которому они обязались принимать к себе афинян, так же как и пелопоннесцев. Затем Диомедонт отплыл вдоль побережья на Эры, но после безуспешного нападения на город возвратился назад.
21. В это же время произошло восстание на Самосе. С помощью экипажа стоявших там трех афинских кораблей народ на острове поднялся против господства аристократов1. Восставшие перебили в общем около 200 сторонников аристократической партии и 400 человек отправили в изгнание. Затем победители распределили между собой земли и дома противников. Афинский народ, уверенный теперь в их надежности, даровал самосцам независимость. С тех пор город был во власти демократов. Своих противников, прежних землевладельцев, демократы лишили гражданских прав и даже эпигамии с семьями из народа.
