859. 1 января в Вормсе после утренней мессы произошел один и в Майнце перед рассветом три подземных толчка.
860. 5 февраля был слышен гром; и король[431] возвратился из Галлии, после того как королевство было испорчено и ни в чем не было улучшений[432].
861. Блаженный епископ Лиутберт снабдил монастырь Фрекенхорст многими мощами святых, а именно: мучеников Бонифация и Максима, исповедников Ионы и Антония, вместе с частью яслей Господних и гробницы Его, а также пылью ног Его, когда он вознесся на небеса. В том же году была очень длинная зима, и упоминавшиеся выше короли снова имели тайное совещание на названном уже острове[433] у Кобленца; при этом они опустошили все в округе. И Лотарь, король рипуариев, без оправданного повода оставил свою законную супругу[434], сестру клирика Хугберта[435]. После этого в том же году ее взял к себе ее упомянутый брат. Король же открыто содержал наложницу[436], из-за любви к которой он оставил жену.
862. Людовик[437] сделал графом безбожного Хугхарда[438]. В глазах почти всех его приближенных это было несчастьем. Было бы только досадно рассказывать о раздорах наших королей и бедах, которые принесли нашему королевству язычники.
863. Король Людовик созвал собрание народа сначала в Вормсе и после этого в Майнце, и туда пришел к нему Лотарь; они намеревались совершить военный поход против славян, что после этого и сделали. Но он оказался неудачным. В том же году зима была неспокойной, изменчивой и очень дождливой, почти совершенно без мороза, как впоследствии[439] стало ясно в церкви святого Виктора.
864. При чудовищном наводнении неоднократно уже упоминавшиеся язычники[440], всюду разоряя Церковь Божью, добрались по Рейну до Ксантен[441] и опустошили [это] славнейшее место[442]. А также, к великой скорби всех, кто это видел и слышал, они сожгли церковь святого Виктора, сооружение достойное удивления. Все, что нашли внутри и снаружи святилища, они разграбили. Однако духовенство и весь народ убежал недалеко. Но саму церковную сокровищницу они, охваченные после этого сильным бешенством, вернули на место. Святые же мощи Виктора настоятель монастырской братии, сев на лошадь и поставив ящик перед собой, вместе с одним священником ночью перевез в Кельн, подвергаясь при этом великим опасностям и избежав их только благодаря заслугам святого. В то время в качестве правителя и епископа главным там был, по-видимому, Гюнтар[443], племянник молодого Хильдвина[444]. Разбойники же, после совершенного [ими] гнусного поступка, отыскали недалеко от монастыря маленький остров, соорудили укрепления и жили там некоторое время. Но какая-то часть из них двинулась оттуда вверх по реке; они сожгли большую королевскую виллу и потеряли при этом более ста человек, так что один из их кораблей вернулся обратно пустым. Другие же, как только взошли на свои корабли, смущенные возвратились к своим. Теперь Лотарь вооружил свои корабли и думал напасть на них, но его приближенные не одобрили этого. И, напротив, проворные саксы активно действовали на другом берегу реки, так что одного из их королей, по имени Гальб[445], который в заносчивой храбрости пытался напасть на их берег, они убили, сбросив его и почти всех, следовавших за ним, в ту самую реку. После этого остальные из страха оставили названное выше место и искали неизвестно чего. Людовик же почти весь год оставался в Баварии, опасаясь восставших моравов, равно как и своего сына[446]. Упомянутый выше архиепископ Гюнтар из Кельна и архиепископ Титгауд из Трира по приказанию папы Николая[447] в том же году пришли в Рим по причине нарушения Лотарем супружеской верности, которое он совершил незадолго до этого, потому что они вместе с их суффраганами[448] потворствовали ему в этом без законного основания [и] вопреки христианской религии[449]. При этом они взяли с собой многочисленные сентенции, оформленные как будто в соответствии с каноническим авторитетом. На римском синоде, осужденные со всеми их утверждениями, они были совершенно опровергнуты и отпущены после того, как им была запрещена на время какая-либо священническая деятельность.
