Между тем, поскольку король был еще слишком юн, все знатнейшие собрались в пфальце Компьен, чтобы обсудить между собой, что же им следует делать[591], и, посовещавшись, они отправили дана Зигфрида, племянника дана Рорика, который был христианином и сохранял верность королю, вести переговоры с самыми знатными людьми своего народа [о том], чтобы они взяли дань и затем покинули королевство. Тот, стараясь выполнить данное ему поручение, прибыл в Амьен и известил знатнейших из народа [данов] о цели своего визита. И после длительных переговоров, во время которых он ездил туда и сюда, извещая то тех, то этих, норманны потребовали, наконец, от короля и франков в качестве дани 12 тысяч фунтов серебра по их собственным меркам. И после того, как обе стороны обменялись заложниками, те, кто жил на том берегу Уазы, вновь до некоторой степени были в безопасности. Со дня очищения св. Марии[592] и до октября эта безопасность взаимно сохранялась.
Однако норманны, в привычной манере, продолжали грабительские походы по ту сторону Шельды, опустошали все огнем и мечом, разрушая монастыри, города и селения, и неистовствовали, истребляя местное население. И после Пасхи[593] они начали собирать дань; церкви и церковные сокровища были разграблены. После же того, как дань была уплачена, в конце октября франки объединились, чтобы противостоять норманнам, если те не сдержат своих обязательств. Норманны же сожгли свой лагерь и ушли из Амьена, а король и франки, переправившись через Уазу, большую часть пути следовали за ними. Упомянутые даны, двигаясь дальше, пришли в Булонь; там они совещались о том, что им следует делать, и часть из них отправилась за море, остальные пошли в Ловен, расположенный в некогда принадлежавшем Лотарю[594] королевстве; и здесь они разбили лагерь, чтобы перезимовать. Франки же, которые были с Карломаном, возвратились на родину, и только некоторые молодые люди остались с ним, чтобы поохотиться в лесу Безю. И в тот момент, когда король хотел заколоть кабана, один из сопровождавших его, по имени Бертольд, желая помочь ему, случайно ранил Карломана в голень. Получив рану, король прожил еще семь дней, но скончался в том же месте ...[595] декабря в возрасте 18 лет. Его тело было перевезено в Сен-Дени и здесь погребено. Франки же посовещались и отправили графа Теодориха[596] в Италию к императору Карлу[597] с тем, чтобы тот прибыл во Франкию.
В год Господень 885. Император Карл, получив известие, немедленно отправился в путь и дошел до Понтьона; сюда к нему пришли все, кто был в королевстве Карломана и подчинились его власти[598]. Затем император Карл снова возвратился в свою страну, приказав тем, кто был из королевства умершего Лотаря и из королевства Карломана, идти в Ловен против норманнов. Оба войска в установленный для сбора день прибыли в названное место, кроме аббата Гуго, который отсутствовал в этом походе по причине болезни ног. Но они не совершили там ничего достойного и с великим позором возвратились обратно. И франки, пришедшие из королевства Карломана, были осмеяны данами, которые кричали: «Для чего вы к нам пришли? В этом не было необходимости. Мы знаем, кто вы; вы хотите, чтобы мы снова к вам вернулись — мы это обязательно сделаем».
В это же время дан Готфрид, собравшийся нарушить свою клятву [верности][599], вследствие хитрости Герульфа[600], своего верного, был убит герцогом Генрихом[601]. Также Гуго, сын короля Лотаря, был ослеплен по приказу императора, последовавшего совету упомянутого герцога[602].
25 июля норманны со всем своим войском вторглись в Руану, а франки следовали за ними до этого места. Поскольку их корабли еще не прибыли, норманны переправились через реку на кораблях, найденных на Сене, и, не откладывая, тотчас приступили к укреплению своего лагеря. Между тем сошлись все, кто жил в Нейстрии и Бургундии и, собрав войско, они выступили, намереваясь воевать с норманнами. Но когда они уже должны были схватиться, случилось так, что Рагнольд, герцог Мэна, погиб с немногими людьми, и, вследствие этого, остальные в великой скорби возвратились на родину, не совершив чего-либо полезного.
