– Товарищ полковник. Капитан Суворов, прибыл чтобы наладить взаимодействие с системой ПВО города, – кинув кисть к виску отрапортовал я. Рядом вытянулись Никифоров и довольный сержант Гласов, ведомый Мельникова. Он получил что хотел.
– Суворов? Ну-ка повернись на свет. Точно, Суворов. Взаимодействие?
– Да, товарищ полковник.
– А капитан Колосов, что делает в такой странной позе?
– Запонку потерял, товарищ полковник, ищет, – не моргнув глазом соврал я.
– И стонет?
– Это он плачет. Не нашел… бедненький, – в последнем слове у меня волей не волей вырвалось не сочувствие, а ирония.
Неизвестный полковник был отнюдь не дурак, это я понял по его рассуждениям вслух:
– Странная ситуация. Колосов поругался несколько часов назад с неизвестным летчиком, который пообещал ему сделать… Обрезание кажется?
Я сделал философское лицо, но промолчал. Остальные командиры судя по лицам и мелькавшим кое-где улыбкам упивались слушая полковника.
– И тут странная ситуация. Неизвестный летчик, который оказался известным, и явно побитый капитан Колосов. Колосов! Вас ударили? – рявкнув, спросил у бывшего дежурного полковник.
– Нет, товарищ полковник. Я запонку потерял, – слегка хрипло ответил капитан.
– На форме? Ну-ну. Ладно капитан раз пришел налаживать взаимодействие пройдем в мой кабинет, там и поговорим.
Полковник оказался начальником ПВО фронта. Проследовав за ним, я поколебавшись кивнул капитану. Тот подумав, ответил.
На следующий день я начал облет будущих площадок. Некоторые подходили просто идеально, некоторые несмотря на свои преимущества, забраковал. Рядом находились татарские поселения, а дать им возможность вырезать летчиков и уничтожить самолеты не хотел. Знал, что от них ждать. К вечеру, мы подлетели к очередной площадке.
– Садись! – велел я пилоту.
«Кукурузник» сделал полукруг и пошел на посадку, прямо навстречу садившемуся солнцу. Нас с пилотом спасали солнцезащитные очки. Мои, те самые, трофейные, а у пилота ленд-лизовские, американские. Как-то с интересом сравнив их, понял, что мои хоть и немного, но лучше. Не качеством, обзором. Так что когда завхоз предложил поменять трофей, я отказался.
Дав небольшого козла «кукурузник» покатился по земле. Тут и там торчали камни из земли, но нам они не попадались. Было такое впечатление, как будто кто-то очистил от камней землю.
«Ровно. Это хорошо. Отличное место для аэродрома подскока. А под теми деревьями, если развесить маскировочную сеть, будет отличное место для стоянки», – прикидывал я, крутя головой.
Биплан, покачивая крыльями на неровностях, подкатился к деревьям. Взревев, заглох мотор.
– Покури пока. Я тут вокруг пробегусь, – попросил я пилота.
– Хорошо, товарищ капитан, – откликнулся старший лейтенант Кирилов. Хотя мы были знакомы давно – с момента моего попадания в полк Никитина – обращались ко мне бывшие сослуживцы уважительно, по званию. Показывая, что я теперь не только их знакомый, но и командир, причем небезызвестный.
Пробежавшись, я накидал план будущего аэродрома. По моим прикидкам тут будет базироваться два звена. Места как раз хватало.
– Кто вы такие? Что тут делаете? – услышал я негромкий, уверенный вопрос.
Удивленно оторвавшись от блокнота, поднял голову и посмотрел на говорившего. В десяти метрах от меня стоял небритый боец, с винтовкой перекинутой через локоть.
Грязная телогрейка, шапка-ушанка набекрень, как-то не вязались с начищенными сапогами. Вся его поза выражала ленивое ожидание, но я был уверен, что он готов мгновенно привести оружие к бою. Опасный противник.
Знаков различия на нем не разглядел, под телогрейкой не было видно, поэтому ответил несколько озадаченно:
– Мы-то здесь имеем право находится, а что ВЫ тут делаете?
Бросив быстрый взгляд на самолет, я увидел, что около него стоят двое бойцов, контролируя пилота.
– Мы тут военный объект охраняем. Поэтому нас и послали узнать, кто вы такие, – невозмутимо ответил боец. То, что он простой боец я начал сомневаться. Сержант – не меньше.
– Военный объект? Какой на хрен еще военный объект?! Мне в штабе ничего не сообщили, что тут что-то есть?!
– Тем не менее – это так.
– Ведите меня к своему командиру, – захлопнув блокнот, и убирая его в планшет велел я.
– Товарищ?.. – начал было боец с вопросительной интонацией.
– Капитан Суворов, – хмыкнув, представился я. Мы с пилотом были в летных утепленных комбинезонах со средствами спасения на груди. Кроме всего прочего, знаков различия на воротниках не было. Обычно на земле просто расстегивали ворот, чтобы были видны петлицы гимнастерок. Тут я забыл это сделать, так что были понятны вопросительные интонации бойца.
Это был не первый случай, когда меня не узнают с первого раза, так что я спокойно назвался.
– Суворов? А я-то никак не пойму где вас видел, товарищ капитан. Пройдемте, товарищ полковник будет рад вас видеть.
Не знаю почему, но боец очень обрадовался, когда я назвался. Немного озадачивало звание начальника объекта, но после некоторых размышлений понял, что лучше будет все узнать на месте.
