Ложь. Сплошная ложь. Джокер никогда не нуждался в деньгах и всегда относился к ним с презрением.
— Придумал! — он захлопал в ладоши и даже затанцевал на месте. — Как насчёт дружеского поединка? Помашемся немного, и тот, кто останется стоять на ногах, займёт место около меня! А та шлюшка, что проиграет, умоётся кровавыми слезами.
Он протанцевал обратно к пирамидке, поманив за собой «сынка», схватил его за плечи и сказал с широкой улыбкой:
— Преподай ей урок, но постарайся пока что не убивать, хорошо? Я хочу позже сам ею заняться, и растянуть удовольствие.
— Хорошо, папочка, — радостно сказал клоун и повернулся к Харлин, продолжая скалиться. Та же лишь сейчас осознала, что всё это время могла ударить, могла закончить всё одним взмахом, но когда он был рядом… он, такой непонятый этим ужасным миром…
Но то, что смотрело на неё, было лишь грубой пародией.
И Харлин пришла в движение, когда оно бросилось на неё.
Бэйн наконец-то прекратил кидать камни — хотя Бэтмен встал уже в полный рост. Он слегка поднялся по образовавшейся от упавшего потолка лестнице, и Бэйн сделал то же самое, так что они застыли неподалёку друг от друга на небольшой площадке.
На этот раз обмена приветствиями не было. Каждый внимательно рассматривал противника, пытаясь угадать, что именно тот прячет в рукаве и как на это среагировать. Бэйн не спешил с атакой — площадка для них двоих была очень условной, в любой момент могла осыпаться прямо под ногами. Но и Бэтмен совершенно не торопился.
— Бэйн, — наконец сказал он негромко. — Как тебя зовут?
Этот вопрос сразил наповал. В смысле? Чего это он? Должен ведь знать, что его зовут… Бэйн?
Это имя он получил в тюрьме. В тюрьме родился, вырос, усвоил все жизненные уроки и покинул, поклявшись больше не возвращаться. Лишь из-за Бэтмена клятва была нарушена, но Бэйн пользовался пробелами в законах, заводил связи среди полицейского мира, попросту давал взятки и выходил на свободу. Каждый раз становясь только сильнее.
Все знали его как Бэйн. Все уважали и боялись. Но… это ведь не имя. Это кличка. Внушающая страх, но кличка.
А каково же его имя?
Бэйн шагнул назад, пусть Бэтмен и не сдвинулся с места. «Веном» не мог дать нужного ответа. Не мог назвать его имя.
Имя.
Имя.
Это очень важно — иметь имя. С именем ты знаешь, кто ты. С кличкой ты ничто. С кличкой ты думаешь, что можешь сопротивляться наркотику, но на деле радуешься, когда тот возвращается.
Возвращается, но отказывается отвечать на столь важный вопрос.
Имя? Какое у него имя?
Бэйн схватился за голову и оттого не увидел, как трос пролетел между его ног и впился в ещё целую стену за спиной. Ещё один трос Бэтмен пустил над ним, и теперь привлёк внимание, но среагировать Бэйн не успел: оба троса змеей обернулись вокруг него и мгновенно спеленали. Тот напряг мускулы, но Бэтмен подлетел к нему одним рывком и вколол в шею выскочивший из перчатки шприц.
Бэйн сразу же обмяк, опустился на землю и поник. Бэтмен схватил его за начавшую уменьшаться руку и начал отслеживать пульс, одновременно внимательно всматриваясь в исказившееся от резкой смены пропорций лицо.
Бэйн тяжело переносил обратную трансформацию даже когда плотно сидел на «Веноме» — а сейчас ему наверняка гораздо хуже. Противоядие включало в себя комплекс исцеляющих средств, рассчитанных специально на Бэйна, но по-хорошему надо было везти его в больницу.
Бэтмен оттянул веко и внимательно вгляделся в застывший зрачок, затем ещё раз проверил пульс и присмотрелся к посиневшим венам на запястье. Вынул другой шприц, вновь что-то ввёл и лишь тогда выпрямился.
Он сделал что мог, но здесь теперь нужен врач. Причём не ему одному — Бэтмен немного прошёлся и увидел, что Плющ не пришла в себя, хотя продолжала дышать. Несколько тел в мантиях лежали поодаль, и кто-то тоже дышал.
А кто-то уже нет.
Бэтмен понимал, что до финала ещё далеко и надо преследовать сбежавших преступников. Однако же склонился над ранеными, проверяя, насколько он может им помочь.
Первый замах Харлин прошёл мимо — сын Джокера в последний момент ушёл в сторону и обогнул её по дуге. Второй в итоге не получился, ибо следующим движением тот рассёк ножом руку, и молот упал под ноги с писком сожаления.
Следующий удар пришёлся кулаком в лицо и заставил Харлин отлететь на пол. Она попыталась сразу встать, но могучая туша уселась ей прямо на грудь, прижала к полу и ударила ещё раз.
Ещё и ещё. Методично работая кулаками даже без особого усердия. Харлин пыталась высвободиться, пыталась даже укусить кулак, но противник придавил заодно и руки, резким движением чуть было не выбив зубы.
Побои тоже напоминали Джокера, когда тот был не в себе… обязательно лупить так, чтобы жертва не вздумала сопротивляться, не пыталась защититься… приучая к тому, что попытка защититься сделает всё только хуже…
Наконец побои закончились. И удовлетворённый результатом мерзавец потянулся к кинжалу, отброшенному на время экзекуции, а затем повернулся к Джокеру.
