Император во время всей этой проникновенной речи своего советника молчал, и было похоже, что он находится в прострации и мало чего соображает.
Лекарю даже подумалось: может, он обкурился или съел чего-нибудь? Слишком уж бессмысленным и тупым был его взгляд.
– Вы закончили, господин Санрат? – Голос Влада был холодным и скрипучим, как январский снег. – Тогда, может быть, расскажете мне, что происходит?
Санрат осекся на полуслове, видимо вспомнив, что Влад никак не относится к числу его подчиненных, а напротив, он сам должен быть обязан этому человеку тем, что вообще тут сидит и распинается.
– Извините, господин Влад. Мы все уже немного не в себе. Итак, стража со всего города стянута в район императорского дворца. В результате оголилась большая часть города. Воспользовавшись этим, чернь, видимо подстрекаемая мятежниками, начала громить лавки и магазины. Гвардейцы отказываются идти на усмирение толпы – грязное, мол, это дело. Они стоят по периметру города и ждут атаки мятежников. Пехота тоже находится в состоянии ожидания атаки, а город тем временем уничтожается. В общем, полный идиотизм. Вот два командира – полковник Гарсов, начальник стражи, и полковник Шерадан – командир пехотной части. Ну и генерал Масков – командир чистюль-гвардейцев. Какие будут мысли по поводу усмирения?
– Мне бы хотелось услышать мысли командиров. Что они думают делать?
– Это дело стражи! Пусть они усмиряют чернь! – Масков вскочил с места и стал брызгать слюной, покраснев, как помидор. – У меня вообще половина бойцов ушла к мятежникам. А если и эти примкнут? Я отказываюсь гнать своих гвардейцев против толпы, на верную гибель!
– Вы чего говорите? – взял слово начальник стражи, высокий мужчина лет сорока с умными темными глазами. – Стражники слабо вооружены, а там разъяренная, напившаяся крови толпа! Их сразу сомнут! Что толку людей губить? Вон, командир пехотной части есть! Пехотинцы хорошо вооружены, у них есть латники – пусть они займутся! Их обучали драться против превосходящих сил противника! Ну что скажешь. Шерадан?
– Что я скажу? – Шерадан яростно стукнул кулаком по столу. – Мои солдаты сброд! Они плохо вооружены и обучены, кольчуги и броня расползлись от времени, держатели щитов сгнили! Я сколько раз вам говорил, что в случае боевых действий воевать будет некому! Я писал депеши императору – где они? Нам нечем убивать мятежников! Казначей задерживает выплаты по полгода, солдаты бегут, офицеры пьют и таскаются по бабам – вот наша армия! Из пяти тысяч штатных единиц корпуса укомплектовано только три тысячи, и так в каждом корпусе! А у мятежников – полный комплект, уверен! У герцога они получают оклад, премиальные… Вы думаете, зря ваша гвардия ушла к Ламунскому? В его личную гвардию? И мои пехотинцы разбегаются… Вот такая ситуация, господин фельдмаршал!
В комнате повисло молчание, прерываемое лишь тяжелым дыханием сидящих мужчин. Четыре пары глаз смотрели на Влада с нескрываемой надеждой, как будто он мог сделать чудо и вынуть из кармана готовую армию.
Но их фельдмаршала охватила тоска. Зачем это все ему надо? Зачем? С этим сбродом лезть в гущу уличных беспорядков? Будет много, очень много крови.
– Как давно начался бунт? – Влад постучал пальцами по полированной столешнице. – Что сделано за это время?
– Бунт вспыхнул утром, – ответил начальник стражи, хмуря брови, – на городском рынке. Кто-то стал кричать: ломай, хватай все, императора убили, власти нет, все можно! И понеслось… Ломают магазины, лавки, жгут… Теперь волнения перешли в район, где живут купцы и мелкие дворяне – приступом берут дома, убивают, грабят.
– Что у нас в прямой досягаемости, какие силы? Ну, стража, гвардия, сколько бойцов?
– Стражи – тысяча человек. Гвардейцев тоже тысяча.
– Сколько примерно участников бунта? Сколько мародеров?
– Около десяти тысяч.
– Их вооружение? Что у них есть – мечи, кинжалы, что есть?
– Хм… – начальник стражи недоуменно пожал плечами, – да что у них может быть? Ножи, палки, может, и мечи, что взяли у побитых ими стражников и солдат.
– Господин Санрат, сколько магиков в нашем распоряжении? Сколько остались верны императору и вам?
– Тут дело не в том, сколько остались верны, а сколько в распоряжении. Академия магии недоступна, путь к ней перекрыт бунтовщиками. У нас осталось только три магика, что перешли на нашу сторону, я да вы. И все.
– Не все. У меня в поместье еще три магика – Макобер, Марина и Аканфий. Все уровня магистра. Воинские склады доступны?
– Да. Склады стражи. Пехотные недоступны – они рядом с пехотными корпусами – тоже недоступными. Чтобы подойти к корпусам по периметру города, надо миновать скопления бунтовщиков. Мы посылали гонцов, но они видимо не прошли – известий нет.
– А как здесь оказался полковник Шерадан? И главное – зачем, если у него нет армии, нет подчиненных? Чего он тут болтается?
– Я не болтаюсь, – рассердился Шерадан, – я ночевал в своем поместье, когда начался бунт, а пробиться к своим подразделениям уже не смог! Вы, господин Влад, следите за своим языком, а то…
