— И как давно, вы говорите, это началось?
— Давно уже. В прошлом в сентябре.
— Ааа… понятно. Одиннадцатое?
— Да. Сразу после этого.
— Ну что ж, поверьте мне, ваш муж — далеко не единственный.
— Слышишь, Дейв? Я же тебе говорила.
— Слышу, слышу… Да у меня ничего и нет.
— Не слушайте его, он сам не свой. То есть, слушайте, конечно, но не обращайте на это внимание. Он нервничает. Ну вы понимаете, что я имею в виду.
— Конечно, я понимаю. Мистер Бейли, расскажите мне, пожалуйста, в чем именно выражается ваше беспокойство.
— Да вы поймите, у меня все в порядке. Это она настояла, чтобы мы к вам пришли. Но у меня нет никаких проблем. Сплю иногда не очень хорошо. Так ведь с кем не бывает? А так все отлично.
— Ну зачем, зачем ты обманываешь? Доктор Макферсон, прошу вас, не слушайте его. Да он раз в неделю ночью с криком вскакивает. У телевизора сидит каждый вечер и только новости смотрит, только новости. Уговоры не слушает, отмалчивается. Или еще хуже — кричит, что я ничего не понимаю! Нет, Дейв, не мешай. Ты не говоришь, так я скажу. Уходит от телевизора, берет газеты. И снова — ничего кроме новостей. Раньше про кино читал, про живопись, театром интересовался. А теперь — только новости. Выходные все у компьютера просиживает. CNN, ABC, Fox, NBC — ничего другого не читает. И если бы он их нормально читал! Нет, Дейв, я скажу! Он их сначала читает, а потом сидит с каменным лицом и в стенку смотрит. А иногда наоборот — ни газет, ни телевизора, и если я включаю, кричит, чтобы я немедленно убрала эту мерзость. И чем дальше — тем хуже. Недавно страховку увеличил в пять раз. Мне ничего не сказал, я сама счет нашла. Спрашиваю: зачем? А он отвечает: я уже недолго протяну, но, может, детям повезет. Если, говорит, сама страховка не обанкротится. Я совсем перепугалась: почему не протянешь? Что же ты такое говоришь? А он: ты, Синди, почаще газеты читай, не будешь такие вопросы задавать. Теперь платим за эту страховку почти как за дом. Ну что, Дейв, что? Ты хочешь еще раз сказать, что у тебя все отлично? Да? Да? Извините, доктор…
— Ничего страшного, не волнуйтесь. Вот салфетки.
— Вы простите меня… Не могу я так больше. Это уже так долго тянется… И дети…
— Пожалуйста, успокойтесь. Вот так… Вот так… Это далеко не самый тяжелый случай. Жаль, что вы ко мне не пришли полгода назад, но и сейчас не поздно.
— Доктор, извините нас. Такая сцена…
— Ну что вы, мистер Бейли. Это моя работа. Здесь и не такие сцены бывали. Так давайте все-таки поговорим о том, что вас беспокоит. Спокойно, не торопясь. Хорошо?
— Видишь? А ты не хотел идти. Я же говорила — это можно лечить. Теперь и диагноз есть и таблетки.
— Да. И обеспеченный заработок у этого Макферсона. «Нам обязательно надо продолжать эти сессии…» Хорошо, прости, прости. Я знаю, ты права, он прав… Только не плачь. Не плачь.
— Обещай мне… обещай, что будешь принимать лекарство! И к нему будешь со мной ходить. Или сам, но только ходи.
— Хорошо, Синди, буду. Ты только успокойся. Вместе к нему пойдем.
— И три дня без газет и телевизора, как он сказал. Ну пожалуйста, я прошу тебя, попробуй.
— Ладно. Договорились. Три дня.
— Начиная с завтра.
— Хорошо, завтра.
— Или знаешь что? Давай на эти три дня уедем? Поедем в Хаянис, возьмем мальчиков. А?
— Синди, у них школа.
— Тогда поедем вдвоем. И я попрошу Сюзан переночевать у нас эти пару ночей.
— Я не могу уйти с работы без предупреждения. А у Сюзан хватает своих хлопот.
— Ты можешь уйти. Ты сам сто раз говорил как у вас с этим хорошо. Возьмешь больничный. Ты же действительно болен!
— Только потому этот эскулап прописал мне какие-то таблетки? И вообще как ты сама не выйдешь на работу?
— Не беспокойся, с этим проблем не будет. Я обо всем договорюсь.
— Может, все-таки подождем до выходных?
— Нет, ну пожалуйста, давай не будем ждать. Если ты так не хочешь ехать на три дня, давай поедем на два.
— И в пятницу будем работать?
— Да. Поработаем один день, а потом будем отдыхать целые выходные.
— Но это же просто глупо. Лучше уехать на день позже и отдыхать четыре дня подряд.
— Я понимаю. Но я тебя очень, очень прошу. Для меня. Давай поедем, а?
— Ну что мне с тобой делать…
Дэвид проснулся с неясным и непривычным чувством легкости. Часы показывали половину седьмого. Синтия еще спала. Ничего себе, отоспался в Хаянисе, с веселым удивлением подумал он. Чтобы сам, без будильника, да еще в таком настроении… Давно уже такого не случалось. Очень давно.
