– Чего ты хочешь? Её взгляд, скользнув по револьверу, падает на людей, стоящих за спиной Паши. Уголок тонких бескровных губ ползёт вверх. – Я хочу жить, – отвечает она медленно, чётко проговаривая каждое слово. – Я отпущу вас, если вы отдадите мне прибор... и одного из вас.
Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me
Игорь бежит – бежит изо всех сил, не разбирая дороги, не оборачиваясь на рычание и лай, доносящиеся из-за спины. Сердце, колотящееся с бешеной скоростью, периодически неприятно покалывает: не то от долгого бега, не то от страха перед адским существом, медленно, но верно приближающимся.
Если бы у Игоря была возможность вернуться в прошлое, он ни за что не повторил бы своих ошибок. Он ничего не крал бы, пусть даже из этого следовало бы, что он навсегда останется никому не известным неудачником. Он никуда не поехал бы. Если бы вселенная дала ему шанс всё исправить, он точно не ввязался бы во всю эту историю. Но вселенной плевать на его мольбы так же, как ей было плевать на них на протяжении всей его жизни, потому что Игорь – всего лишь человек. Один-единственный никому не нужный человек, который ничего не значит для этого мира.
Он бежит по пустынным улицам. Мимо проплывают ряды одинаковых заброшенных многоэтажек. Спустя некоторое время многоэтажки сменяются лесом. Он не успевает заметить, когда под ногами заканчивается асфальт и начинается невысокая пожухлая трава.
Через лес бежать ещё труднее. Ветки царапают лицо и руки. О выступающие из земли корни деревьев легко споткнуться. Однако каким-то чудом он не спотыкается и не падает. Он бежит, и ему кажется, что этот кошмар никогда не закончится. И только в тот момент, когда силы предательски покидают его, а звуки, издаваемые преследующим его псом, раздаются всего в паре шагов от него, сквозь затянувшую взгляд пелену слёз он неожиданно видит вдалеке железную дверь.
Уже почти перешедший на шаг от изнеможения, он собирается с последними силами и заставляет себя продолжать бежать. Осталось совсем немного. Он укроется в бункере и долго ещё оттуда не выйдет. Лишь бы дверь была открыта.
Дистанция между Игорем и дверью стремительно сокращается. Десять шагов. Семь шагов. Четыре шага. Один, последний, шаг.
Он добегает до двери и за неимением ручки дёргает за ржавый край. Дверь не поддаётся. Он дёргает сильнее. Безрезультатно. Тогда он в отчаянии начинает колотить кулаками по железу. Безумная надежда, что кто-то услышит его и придёт на помощь – всё, что у него осталось.
Удар. Ещё один. И ещё. Никто не отпирает дверь. Слеза скатывается по щеке, затем срывается с подбородка и разбивается о землю где-то у ног.
Скоро всё закончится, мысленно говорит себе Игорь. Закончится, и больше никогда не будет так страшно. Забвение лучше этого. Что угодно лучше этого. Нужно только вытерпеть боль.
Внезапно рычание за спиной стихает. Игорь знает, что это такое. Это тишина перед прыжком. Не в состоянии обернуться полностью, он всё-таки заставляет себя повернуть голову и взглянуть через плечо.
За плечом у него стоит человеческий силуэт.
Затуманенный взгляд, наткнувшись на неизвестного, несколько проясняется. Парень резко разворачивается спиной к бункеру.
Неизвестным оказывается девушка одного с Игорем роста. У неё молодое лицо – на вид ей не больше тридцати лет, – но в растрёпанных чёрных волосах почему-то полно седины. Одета она вполне современно: кроссовки, джинсы и сильно испачканная чем-то рубашка. Девушка ничего не делает. Она просто стоит, слегка склонив голову к плечу, и смотрит на Игоря таким изучающим взглядом, будто он не человек, а музейный экспонат. Пса поблизости не видать – он исчез бесследно.
Не успевает Игорь вздохнуть с облегчением, как девушка моргает. В один миг её глаза, прежде имевшие какой-то невыразительный, но вполне естественный цвет, становятся чёрными как смоль. Зрачки, радужки и белки сливаются воедино. Девушка с тихим хрустом выпрямляет шею и делает шаг вперёд.
Нервы парня сдают окончательно. Он уже не может сдержать пронзительный, протяжный крик ужаса. Он кричит, прижавшись спиной к двери бункера. Он больше не зовёт на помощь: к нему, наконец, пришло болезненное осознание того, что это бесполезно.
Ладонь девушки опускается ему на плечо. Жуткие чёрные глаза оказываются так близко к его лицу, что он, не выдержав, зажмуривается.
Он не видит того, как открывается дверь – он только слышит скрип и проваливается в образовавшуюся за спиной пустоту.
Игорь приходит в себя от сильного удара по щеке. Прежде, чем его взгляд успевает сфокусироваться на окруживших его полукругом людях, он осознаёт, что продолжает как в бреду шептать:
– Убирайся. Не трогай меня. Убирайся…
– Что ты там бормочешь, урод? – слышится мужской голос.
Игорь с трудом заставляет себя замолчать. Из носа стекает струйка крови. Кровь попадает на губы. Он морщится от её вкуса, но отплёвываться не рискует.
Ещё один удар по лицу вынуждает его окончательно прийти в себя. Один из парней сидит рядом с ним и смотрит на него ледяным взглядом. В этом парне Игорь узнаёт Пашу – владельца квартиры, где некогда хранилась крупная сумма.
– Ну что, попался? – невозмутимо произносит Паша. – Поговорим? Расскажешь, куда бабки мои дел? Хотя мы и так уже знаем. Ты лучше расскажи, как возвращать будешь.
