— Он мне больше не муж. Не могу его держать около себя больше, хоть и люблю его. Как странно в жизни бывает. Любим тех, кто нас не любит, и не замечаем тех, кто готов отдать своё сердце на блюдечке. Мы почти разведены. Но уйду, когда ты меня выслушаешь. Может, не смогу тебя понять до конца…
— Ты вообще не сможешь меня понять, ни с начала, ни с конца. Твой муж убил меня тогда, и моего ребенка.
— Как он мог сделать это? Если ли он даже не знал? Тогда вся эта свадьба была цирком. Ты всё видела обиженными глазами. А я в то время была актрисой. Человек, который хотел бы твоей смерти, не придумал бы все это. Акси, он выигрывал для тебя время. Ты злишься на него, но а каково ему? Он жил все это время в неведении. Поверь, ему больно не меньше, чем тебе.
Ты знаешь, что такое предательство в клане? Думаю, нет! Никому бы не простили того, что спустили Ияру. Обычно наказание — только смерть, и еще родные страдают, семья. И вместо того чтобы радоваться, он выбрал свободу для тебя. Ценою своей.
Потому что любил и любит до сих пор. Не каждому дается возможность исправить совершенные ошибки и прожить жизнь заново.
Мне надо было не подыгрывать, а помочь ему. Но во мне играла гордыня. Как это Ияр выбрал не меня! — смеясь, вытирает слезы. Продолжает говорить: — День свадьбы. Она была незапланированная. Просто мне сказал отец: «Ты сегодня выходишь замуж за Ияра. Он передумал». Я была рада, потому что тоже влюбилась в Ияра. Мы вообще обручены были давно. Но Ияр, он же как ветер. То тихий, то рвется во все стороны. Заставить его жениться на мне было невозможно.
Отец оскорбился и выдал меня замуж лет в восемнадцать за своего компаньона. Он старше был меня на двадцать лет. Это как лечь в постель со своим отцом. Он меня не обижал, но и радости я не испытывала. Ты как разменная монета. Дела у отца пошли в гору от этого брака, а мой муж погиб через пару месяцев. Стала вдовой. И тут мне выпадает шанс выйти замуж за Ияра. Прямо сейчас. Конечно, я согласилась, как дура. Напридумывала себе черт знает что.
Поверь, эта свадьба была… Лучше бы всё сгорело. Те, кто желал нам счастливой семейной жизни… им вообще было пофиг. Только деньги и слияние кланов. Ияр был в тот день не в себе. Переиграли так, что ты была подставная, чтоб отвлечь папарацци и желтую прессу. Ты стала для него слабостью. И за эту слабость могли дергать, кто как хочет. Поэтому он не мог сбежать с тобой. Вас бы всё равно рано или поздно нашли. И смерть — это не самое страшное, что могло произойти с тобой.
— Милена, неинтересно… Все прошло уже.
— Если бы тебе было неинтересно, ты бы сейчас не слушала.
Он мне сразу рассказал расклад всего. Но я не хотела мириться. Я думала, через время смогу тебя вытолкнуть из его памяти и сердца. Заменить тебя. Я подражала тебе, что все верили, что я — это ты. А он все полгода бегал около твоего дома. Не зная, как тебя огородить от бед. Убил столько хвостов за собой, что ему обеспечен люкс в аду. А потом он пьянствовал. Дрался в подпольных клубах, выпуская пар.
У нас не было секса. То есть это нельзя назвать сексом. Пару раз в бреду он называл меня твоим именем и пытался. И даже это я терпела. Знаешь, я поняла, что это настоящая любовь и мне никогда не быть с ним. Родственники заставляли меня родить ребенка от него. А как родить от мужчины, если он не спит с тобой? Не поверишь, хотела собрать просто его семя. И сказать, что всё случилось. Но я одумалась. Это бред — дрочить мужу и делать ребенка себе. Всё это время он не жил. Смотрел в телефон. Он получал отчеты, что ты за границей.
— Мне всё равно! — голос мой осип.
Она подходит ко мне.
— Если бы тебе было всё равно, твой голос бы не дрожал и слезы не текли бы по лицу. Подумай! Зачем разрушать себя только из-за гордыни? Вот, почитай, он вел дневник. — Кидает на стол. — Почитай, может, тебя это вразумит. А мне пора, у меня самолёт. Я это делаю ради него. Прощай, Акси. — Отстукивая каблуками, покидает мою квартиру.
*****
Я не притронулась к этому дневнику. Не хочу. Кричала, что не вернусь, значит, не вернусь. Пусть остаётся всё в прошлом.
Стилисты и визажисты закончили свою работу. Скоро за мной приедет машина, и Демис меня ждёт в загсе. Время подходит. Спускаюсь по лестнице в сопровождении бабы Юли и прочей дворовой секретной службы. Черный лимузин припаркован около подъезда. Сажусь в него, командую водителю, можем ехать. Автомобиль набирает скорость, обгоняя машины, и меня немного кидает по салону.
— Можно поаккуратней! Сбавь скорость. У нас еще есть время.
Мы проскакиваем нужный поворот.
— Эй, стой! — Стучу в перегородку. — Стой! — Она плавно опускается. — Ну нет.
— О да! По закону кавказских гор я имею право своровать невесту. — Добавляет акцент. — Красывая моя. Козочка моя. Хэнкалина моя.
— Верни меня назад, сволочь! Демон! Ты что, не читал моего письма?
— Па рускы нэ понымаю!
— Верни, сволочь, меня моему жениху. Ты просто не имеешь права портить мою вторую свадьбу. Где моя охрана? Ты что, их тоже убил?
— Нет! Они решили погулять в стране снов.
— Экзорциамус тэ омнис имундус спиритус, — в воздухе рисую крест.