Только вот Уильям совсем не спешил отстраняться. Скорее наоборот, он еще больше приблизился, благодаря чему было почти отчетливо слышно его дыхание. Его левая рука прижала меня к себе, а правая стала гладить мое плечо.
Прижавшая меня к нему левая рука тихонько поднималась ввысь пока не добралась до ложбинки на груди, которую украшало подаренное им ожерелье. Дыхание снова перехватило, но на этот раз не от корсета, и даже не от страха. Игриво потеребив камешек на ожерелье, его шустрая рука уверенным движением слегка приспустила корсет и схватилась за левую грудь, что заставило меня издать странный звук.
В правом ухе отдалось его возбуждающее, разжигающее ответную страсть учащенное дыхание, а через секунду теплые уста прильнули к моему плечу. И опять из моих уст раздался этот негромкий странный звук…
От его настойчивых, но приятных прикосновений живот стало как-то странно сводить… Мне совсем не больно, скорее даже наоборот — почему-то не хочу, чтобы он прекращал! Словно инстинктивно, поглаживаю правой рукой его руку, что мягко, но до сумасшествия приятно сжимала и расжимала мою левую грудь…
Поцелуи, опаляющие плечо, становились все настойчивее, иногда необычно и игриво засасывая нежную кожу. Постепенно он поднимался все выше, пока не добрался до шеи. Глаза в этот момент почему-то скользнули на наше отражение, где ярко блеснули его клыки.
Разожженая страсть мгновенно угасла, сменившись страхом, и я резко дернулась, испуганно вскрикнув. Уильям не ожидал этого движения и я, сама того не ведая, в итоге прилично поцарапалась о его выступающие клыки. Кожу на шее теперь стало неприлично жечь, а саму царапину обагрило небольшим количеством крови.
Заметив мою реакцию, Уильям резко отстранился, после чего, закрыв рот рукой и не проронив ни слова, стремительно ушел из моей комнаты. Так я и осталась стоять посреди полумрачного зала с расстегнутым корсетом, держа руку на груди в том месте, где еще несколько секунд назад была его горячая рука…
Аккуратно попятившись назад, тихонько сажусь на кровать и пытаюсь осознать произошедшее.
В голове почему-то вспомнился уже знакомый сон. Кажется, теперь я поняла, как именно он губит своих жен. Его острые клыки впиваются в жертву, чем в итоге и отнимают невинные жизни.
Но больше всего мне был непонятен указ Императора. Было ясно, что моя жизнь в руках Уильяма, но почему ждать надо столько времени? Что мешало сделать это прямо сейчас, как с другими его жертвами?
Нечаянное прикосновение к царапине заставило ту нещадно зажечься и вернуться из мира мыслей. Окончательно избавившись от надоевшего свадебного наряда, промываю свою рану и, облачившись в простое платье цвета фуксии, иду к зеркалу проверить свой внешний вид.
Да уж, выглядит шея теперь не очень красиво… Но раз царапина не крупная, то, думаю, через пару дней заживет.
Поправив прическу, я вышла из комнаты и стала искать Ханса или же Уильяма. Если я не найду супруга, то уж дворецкий наверняка сможет подсказать где он сейчас.
Дворецкого я так и не увидела, но зато, кажется, нашла тот самый кабинет, в котором мне уже доводилось встречаться с Уильямом. Подобравшись ближе к закрытой двери, глубоко вдыхаю для храбрости и негромко стучу в дверь.
— Входите, — раздался с той стороны знакомый голос хозяина комнаты.
