Знаю, что сейчас он смотрит на меня, но ничего не могу с собой поделать. Чувствую как его пальцы касаются моих щёк, стирая солёные дорожки, но на их месте появляются новые. Чувствовать его касания, все равно что обжечься о плиту. Собираю остатки гордости и отдёргиваю лицо от его рук, слыша разочарованный вздох Гарри.
Я не могу открыть глаза, потому что я буду видеть в них мольбу. Отчаяние, разочарование в самом себе, боль.
— Помню, — мой голос дрожит и я уже не в силах сдерживать свои эмоции.
Я итак сдерживалась долго. Больше не могу.
***
Девять месяцев назад
Вошедши в кабинет физики я сразу заметила, что моё место занято. Наверное, скрип моих зубов был слышен по всей округе. Глаз нервно дёрнулся, я сжала кожаную сумку в руках. Этот идиот с зелёными глазами успел надоесть мне так, что мне хочется его придушить где-то.
Я перевелась в эту грёбаную школу для элитных детишек пару месяцев назад и мне уже хочется сломя голову бежать забирать документы и единственное, что меня останавливает, так это гордость. Я не буду терять то, к чему так долго шла из-за одного несносного павлина, который уже успел вытрепать мне нервы.
Всё было как в подростковом клишированном фильме. Я новенькая, а он главный красавчик школы, за которым томно вздыхают вся женская половина учебного заведения. У меня в голове не укладывается, что они нашли в этом засранце? Кроме смазливой мордашки и папиных денег у него не было ровным счетом ничего, в том числе мозгов. Он до сих пор не выучил теорему Пифагора, о чём с ним вообще можно говорить?
После того как мы с ним перегрызлись один раз в коридоре, он не может от меня отвалить. Гарри-чёртов-Эдвард-Стайлс находил любую возможность задеть меня. Он даже начал посещать уроки физики, хотя раньше его здесь никто не видел. Он выводил меня из себя раз за разом, а для учеников и даже некоторых преподавателей это было бесплатное представления, никто даже не скрывал, что за этим интересно наблюдать. И если я не ошибаюсь, нам даже посвятили отдельную страничку в инстаграме, каждый раз выкладывая посты с детальным описанием нашей новой стычки. Им не было чем заняться, а Гарри не стал терять бдительность и воспользовался этим, чтобы стать ещё более популярным. Именно поэтому он не может спокойно пройти мимо меня.
Я быстрым шагом направилась к своей парте, которая была бесцеремонно занята.
Стайлс весело переговаривался с группкой сидящих рядом девушек и парней, некоторых из них я вообще не видела ни разу.
Остановившись над ним, я грозно сложила руки на груди, прожигая взглядом точеное лицо юноши. Я совру, если скажу, что он некрасив.
Ладно, по-честному, то он выглядит как ребёнок Апполона и Афродиты. Понятия не имею, как это возможно, но иногда я за собой замечала, что пялюсь на него. Но чисто из-за эстетического удовольствия.
Поняв, что никто не собирается обращать внимания на меня, я показушно громко прочистила горло и вскинула бровями. И, Аллилуйя, он снизошёл и повернул ко мне голову, с лукавой улыбкой глядя на меня из-под опущенных ресниц. Его глаза были словно два изумруда притягивали, но об этом он никогда не узнает.
Сидящие в кабинете подростки тут же обратили внимание на нас. Некоторые даже достали телефоны, надеясь на что-то весёлое.
— Что-то хотела, Мэделин? — Спросил он ненавязчиво, хотя прекрасно понимает в чём дело. И прекрасно понимает, что бесит меня только больше в данный момент.
— Это моё место, — сердито промолвила я, для убедительности склоняясь чуть ниже над ним, одной рукой упираясь об парту, а другой недовольно тыкая пальцем на ту самую парту.
— Правда, что ли? — наигранно удивился он. — Разве, она подписана?
Я хмыкнула, закатив глаза. Детские выходки Стайлса будили во мне азарт и сдаваться я точно не собиралась.
— Вообще-то, то да, — натянула я довольную улыбку, наблюдая за эмоциями Гарри. — Смотри, барашек.
Пальцем я обвела написанное «Мэделин» и обведённое в сердечко. Сейчас я чувствовала себя победителем.
Гарри поднял на меня нахальный взгляд, а на его губах появилась усмешка, на которой я зачем-то задержала дольше положенного времени внимание. И это не скрылось от него.
— Так отбери это место, Мэди.
Он сказал это негромко, приподнимаясь и шепча эти слова мне на ухо, обдувая своим дыханием. Предательские мурашки пробежали по моей коже и я сжала в тонкую линию губы, наблюдая как самоуверенно улыбается Стайлс, доволен моей реакцией. Он всё ещё находится слишком близко и меня это вымораживает.
— Тебе три года, что ли, Стайлс? — раздраженно, сквозь зубы цежу я. — Я не буду драться с тобой за эту чертову парту.
— Как хочешь, златовласка, — ненавижу когда он меня так называет!
Раздражение разлилось по венам. Этот парень сводит меня с ума, в самом прямом смысле этого слова.
Я обхожу парту и встаю рядом с ним. Не знаю, на что я надеюсь, но пытаюсь силой сдвинуть Стайлса со стула.
— Ты, блин что, тонну весишь?
С его груди вырывается лишь беззлобная порция смеха, а его плечи немного трясутся. Я бы посчитала это довольно привлекательной картиной, если бы не обстоятельства.
