— Я видел только силуэт мужчины, да и не рассматривал его особо, — Васька протянул ей праздничный конверт. — Маленький вклад на твоё желание обосноваться в городе. И мечтай, потому что твои мечты и правда сбываются, — он выразительно кивнул в сторону Егора.
Она поблагодарила за подарок и выглянула из-за Васьки. Подозвала Егора глазами, взяла его за руку и обратилась ко всем остальным.
— Это Егор, мой, — быстро взглянула на него, — парень. И он тоже сегодня именинник.
Раздались дружные поздравления. Васька с Егором пожали друг другу руки, очень кратко и очень крепко. Марь-Михална пригласила всех к столу.
Егор наблюдал за Аней. Она разрумянилась, вся её обычная собранность сгладилась. Эти люди были её семьёй, в которую она, безусловно и открыто, впустила его самого.
Марь-Михална встала.
— Анечка, с днём рождения! — прижала руку к груди, замолчала, делая глубокий вдох и выдох и прикрыв глаза.
— Маша, — муж похлопал её по спине.
Егор положил ладонь Ане на колено под столом. Не сжал, не погладил, просто положил сверху и услышал её прерывистый выдох.
Женщина взяла себя в руки.
— Двадцать лет — и вся жизнь впереди. Пусть она будет у тебя счастливой. А ты, — женщина перевела взгляд на Егора, — береги её. Не знаю, как вы сладите между собой, два льва, но свою гриву потреплете и другим хвосты накрутите точно.
Все засмеялись и подняли кружки.
Егор всё-таки стиснул коленку Ани и прошептал:
— Точно Ица, — и растянул, намеренно разбив на собственные слоги следующее слово, — льв-ица.
В город они прибыли ближе к вечеру. Аня попросила Егора заехать в общежитие и подождать её в машине. Она освежилась, переоделась в платье-рубашку, надела открытые сандалии и воспользовалась тушью и блеском. Освободила рюкзачок от лишнего, расправила упаковку на подарке для Егора и выбежала к нему. Он вышел из машины и открыл для неё дверцу. Перехватил за талию и поцеловал в уголок рта.
— Ты вся искришься. — Его глаза отзеркалили в неё серебристые искры. — Лёгкая и гибкая.
Аня сверкнула ярко-голубым и, сдерживая довольную улыбку, поинтересовалась:
— И никакой ицы?
Егор ухмыльнулся и провёл губами к её уху.
— Лётчица. Устроит?
Она поёжилась и всё-таки расплылась в улыбке.
— Я снова хочу утащить тебя в свою пещеру. — Он прикусил кожу сразу под ухом.
— Я не против. — Аня прикрыла глаза. — Но парни расстроятся. Они же нас ждут.
Егор тяжело вздохнул и отстранился.
На даче сначала поздравили Егора и вручили ему
— Я немножко поколдовал, чтобы твой драндулет стал полегче. И, — он вдруг смутился и достал из-за спины невероятную великанскую шоколадку, — вот.
Аня расцеловала его.
— Спасибо, дядя Миша. Я очень люблю шоколад. И за Ижика. И…за всё.
Потом они сидели среди яблонь и ели пиццу. Аня загадала новое желание, глядя в глаза Егору, и задула свечи. Шампанское неожиданно ударило в голову, и его пузырьки разбежались приятным расслаблением по всему телу.
— Угощать сегодня должна была я, — она опасно наклонилась вместе со стулом к Егору.
— Как-нибудь внепланово их порадуешь, а сегодня просто получай удовольствие, — ему нравилась её захмелевшая игривость, но стул за подлокотник он всё-таки придержал.
Она остановила на нём взгляд, который сделался глубоким, как будто голубое пламя затрепетало внутри. В ответ в его глазах тут же вспыхнули тёмные всполохи.
— Утащи уже меня в свою берлогу, — выдохнула Аня и прочертила ноготком выделяющуюся венку на тыльной стороне его ладони.
В лифте Аня сжимала обеими руками смешанный букет из чайных роз и полевых цветов и абсолютно бесстыже прижималась спиной к Егору, чьи руки так же беззастенчиво гуляли между её талией и бёдрами, а губы исследовали шею от затылочной ямки до первого выпуклого позвонка.
Он продолжал удерживать её перед собой, когда они вошли в квартиру. Егор включил в коридоре свет и почувствовал, как замерла Аня. Он отлепил от неё руки. Она скинула обувь и, осторожно ступая, прошла к развилке в комнаты. Не глядя передала ему свой букет и присела перед высокой прозрачной стеклянной вазой со множеством роз на длинных стеблях с крупными кремовыми бутонами в обрамлении темно-зелёных листьев. Она выглядела ошарашенной. Он зашёл в ванную, воткнул цветы в ведро, добавил воды и вернулся в коридор. Аня сидела на полу, касалась пальцами сложенных лепестков и плакала. Хотя сама не замечала, что слёзы катились по щекам и капали вниз.
Егор опустился на корточки рядом с ней и смахнул очередную слезу.
