- Конечно, - поддакнул Фридрих, - а кроме того, зачем бы я стал о чем-то вас просить? Вас бы просто вызвали на допрос... вас и остальных...
- Вот именно, - кивнула Марта. Разумеется, в любой методичке по вербовке сказано, что доверительная беседа нередко способна давать лучший результат, чем жесткое давление, но откуда ей было это знать?
- Хотя мой аншрифт вы отыскали очень ловко, - добавила она. Однако интонация была шутливой, без следов беспокойства.
- Ну, для этого не обязательно быть агентом, - усмехнулся Власов, - достаточно элементарной райнграмотности... Кстати, позвольте выразить восхищение вашими рехнернавыками, - Фридрих решил, что немного лести не повредит; методички, кстати, рекомендовали то же самое. - Признаться, для меня было неожиданностью, что вы уже в 15 лет сделали собственную штелку - одну из первых в русской Сети.
- Ну, это же обычная "кошмарная домашняя страничка", - пожала плечами Марта.
- Тем не менее, занятие достаточно нетривиальное для юной девушки.
- Как вы по-книжному говорите, - прыснула Марта, - "юной девушки..." Просто мне рехнеры с детства нравились. С тех пор, как в пятом классе отец программируемый калькулятор подарил. Мы с пацанами в лицее программами в кодах обменивались, там даже игры были...
Фридрих с машинальной неприязнью отметил просторечных "пацанов" и тут же забыл об этом, осененный свежей идеей. Два дня назад по его заданию в рекламных газетах и на сетевых "барахолках" были размещены объявления о покупке "Тосибы" той модели, что была у Вебера; одновременно один из оперативников регулярно отсматривал разделы "Продажа" в тех же местах. Увы - совершенно безрезультатно; не было даже обращений от людей, не имеющих отношения к делу. Для Москвы новая японская модель была редкой и дорогой, и те, у кого имелись такие нотицблоки, не горели желанием с ними расставаться. Версия о том, что рехнер Вебера попал в руки случайному человеку, мечтающему теперь от него избавиться, явно не подтверждалась. Значит, "Тосибу" унес убийца, и тогда возможны два варианта. Либо он просто уничтожил нотицблок, либо попытался - может быть, все еще пытается - извлечь информацию с плата. В последнем случае, в особенности если он не работает ни на какую из спецслужб, он мог обратиться за помощью к местным специалистам...
- Вы, наверное, хорошо владеете программированием? - спросил Фридрих вслух.
- Ну-у, - протянула Марта, - смотря что понимать под "хорошо". Вообще я на прикладной математике учусь, но я бы не сказала, что я какая-нибудь там юбер...
- Ну, к примеру, - Фридрих широко улыбнулся, показывая, это всего лишь шуточное предположение, - защиту взломать смогли бы?
- Ой, нет! - фыркнула Марта. - Это вы что ж, меня за "хакера" принимаете? - она снова засмеялась, словно американское слово применительно к собственной персоне показалось ей особенно забавным. - Я не по этой части, я обычные программы пишу... на объектном Планкалькуле... и потом, это же незаконно, - она посерьезнела и взглянула на Власова с испугом.
- Я понимаю, - кивнул Фридрих; другого ответа он и не ждал. - Видите ли, это все то же самое дело. От моего друга остался накопитель с зашифрованной инфорфмацией; если бы ее удалось прочитать... Может быть, вы знаете человека, способного взяться за такую работу? Я хорошо заплачу.
- Н-не знаю, - неуверенно произнесла девушка, - может, кто-то из парней и взялся бы, хотя... а сложная защита?
- Сложная, - заверил Власов. На самом деле, насколько он знал, ее вообще невозможно было вскрыть за реальное время.
- Тогда вряд ли, - заявила Марта уже более решительно. - Из тех, кого я знаю, никто. Разве что Макс... нет, никто. Жаль во второй раз вас разочаровывать, но...
- Кто такой Макс? - живо заинтересовался Фридрих.
- Козел и свинья, - отрезала Марта столь категорично, что Власов сразу понял: здесь замешаны личные отношения, в которые лучше не лезть, дабы не злить собеседницу. - С ним связываться - думкопфом надо быть... В любом случае, он давно вылетел за прогулы, и где он теперь, никто не знает.
- Ну что ж, - резюмировал Фридрих, - спасибо, что согласились помочь. Если узнаете что интересное - сразу звоните, - он протянул ей одну из своих визиток. - В любое время, даже ночью: сами понимаете, как это может быть важно.
- Хорошо, - она убрала белый прямоугольник в сумку. - Знаете, - добавила она поспешно, чувствуя, что Власов собирается прощаться, - я все еще думаю о вчерашней дискуссии...
