— Шелдон намерен улизнуть, если война будет проиграна, — сказала она, мрачно усмехаясь. — Наверное, он постарается вывезти и всю свою Династию. Сколько таких блоков в цехах?
— В каждом по сотне. Все основные узлы мы получаем уже готовыми, остается только корпус и система жизнеобеспечения, это стандартное, доступное оборудование. В цехах просто стыкуют все части в одно целое. На линии применяется множество усовершенствований, иначе сборка заняла бы намного больше времени. Я думаю, он спланировал все это задолго до начала вторжения.
— Сотня на каждом участке? — переспросила она. — Это большой корабль.
— Очень большой. Наш завод производит шесть готовых блоков каждую неделю. На некоторых других заводах просто консервируют промышленную кибернетику для длительного хранения. Ты же видишь, сколько грузовиков проходит по шоссе? Они увозят куда-то готовые узлы.
— Шесть в неделю на одном заводе? То есть… — Она прикрыла глаза, что-то подсчитывая в уме. — Иисус милосердный! Какие же это корабли? Шелдон, вероятно, планирует вывезти с собой целую планету.
— Если он намерен восстановить высокотехнологичное общество с нуля, ему необходимо иметь массу оборудования и достаточную численность населения.
Лиз обвила шею Марка руками.
— А мы тоже отправимся с ним?
— Я не знаю.
— Мы должны это выяснить, малыш. Правда, должны.
— Эй, брось! То, что мы видим, — всего лишь паранойя, поразившая богачей. Содружество еще не собирается уступать праймам.
Марк погладил ее спину вдоль позвоночника, как ей всегда нравилось.
— Значит, и мы должны превратиться в параноиков. Если проиграем, что станет с Сэнди и Барри? Мы ведь уже сталкивались с праймами, Марк. Им плевать на людей. Мы для них не важнее тины в пруду.
— Ладно, я поспрашиваю людей. Кто-то на заводе должен об этом знать. Да, я не говорил, что одним из наших администраторов назначили старого Барком-ба? Уж он-то мне скажет.
— Спасибо, малыш, я понимаю, насколько со мной порой бывает трудно ужиться.
— Неправда. — Он привлек ее к себе. — Неизвестно, где собирают эти корабли. Должно быть, на орбите, но я не видел ничего похожего. Я, конечно, не присматривался, но такая установка должна быть не меньше небольшой луны.
— Это может происходить где угодно, хоть за сотню световых лет отсюда. Черт, тот астероид Оззи был бы идеальным местом для дока, ультрасекретный и обитаемый. Там можно незаметно разместить целый город.
Над Регентами сгустились тучи, несущие с собой, кроме промозглой сырости, еще и мелкие острые градины. Мортон слышал, как они постукивают по его броне и хрустят под подошвами ботинок, смешиваясь с липкой грязью.
Возвращение в седловину между горами было долгим. Люди, жившие когда-то в Рэндтауне, ехали в капсулах, легко преодолевавших неровности почвы, а Кошачьи Когти в своих бронекостюмах шли пешком. Чужака, заявлявшего, что он Дадли Боуз, тоже взяли с собой. У него не было никакой одежды, чтобы прикрыть бледное тело. Боуз сказал, что оно может работать и в холоде, но не слишком хорошо. Поэтому его закутали в одеяла, а сверху обернули полиэтиленовой пленкой, чтобы хоть как-то защитить от превратностей погоды. Но даже после этого он с трудом передвигался по мокрому склону.
На подъем до уровня облачности ушла добрая часть ночи, хотя группа старалась придерживаться кратчайшего маршрута. После этого до самой седловины, где хранилось все оборудование, пришлось следовать по горизонтальной кривой, чтобы сохранить высоту.
Флаеры чужаков продолжали патрулировать пространство над озером, но ни один не рискнул приблизиться к горам, где поджидали предательские нисходящие потоки и микровихри.
Наконец группа добралась до базового лагеря, и беженцев отвели в одну из глубоких расщелин. Роб открыл рюкзаки Паркера и Дока.
— Примерьте это, — сказал он стоящим вокруг людям, передавая им различные предметы одежды. — Здесь почти все из полуорганики, так что любая вещь подойдет для любой фигуры.
— Спасибо, — печально произнес Саймон. — Мне жаль, что мы так и не узнали ваших друзей.
— Да, конечно.
Роб отвернулся и опустился на колени рядом с Дэвидом Дамбавандом. За время путешествия в капсуле состояние раненого значительно улучшилось: его кожа вернула свой обычный цвет, а лихорадка ослабла.
— Как ты?
— Нормально. Поездка в горы была очень интересной, по крайней мере те моменты, что я запомнил. Эти биовирусы — занятная штука: ощущение такое, будто я выпил галлон коктейлей с шампанским.
— Нога стабилизировалась, — сказал Роб, проводя над телом мужчины диагностическим пробником. — Выглядит неплохо.
— Спасибо.
— А как ты? — спросил Мортон мобайла Боуза.
— Это тело довольно неуклюжее, но функциональное. В холоде мобайлы праймов становятся немного слабее, но они менее чувствительны к перепадам температуры, чем люди. — Накрученный на нем кокон из одеял и полиэтилена уже затянулся тонким слоем жидкости. Боуз начал разворачивать слой за слоем, бросая покрывала на каменный пол. Модуль, при помощи которого он разговаривал, остался в клешне одной из рук. — Могу я поесть?
— Конечно.
