Юдаизм. Сахарна полностью

Это, повторяю, простая арифметика, и против этого есть только одно средство — оскопление всех евреев, — т.е. средство такое, применить которое можно только при нашем отречении от христианства.

Итак, вопрос о гибели нашей есть вопрос,

Давно уж взвешенный судьбою.

Ни славянские ручьи не «сольются в русском море», ни оно не «иссякнет», но все будет наводнено серою жидкою лавиною адвокатуры, которая, между прочим, зальет и Талмуд, и ритуальные убийства.

И, в конце концов, — вопрос в одном: верим мы Библии или нет[131]. Верим ап. Павлу или нет. Израилю даны обетования — это факт. И ап. Павел подтверждает:

«Весь Израиль спасется».

Не «духовный» Израиль, как утешают себя духовные семинарии, увы, — не духовный. Ап. Павел ясно говорит о «сродниках по плоти» и подтверждает неотменностъ всех прежних обетований

об избранничестве[132]. Мы — только «так» [133], между прочим. Израиль же — стержень мировой истории[134].

Такова Высшая Воля. Если смиримся — в душе радость последней покорности. Если будем упорствовать, отвергнемся того самого христианства, ради которого спорили с Израилем, т.е. опять подпадем под пяту Израиля. Обетования Божии непреложны. Это мы «в черте оседлости» Божественных предначертаний, — мы, а не они. Это мы — египтяне, обворовываемые и избиваемые и мучимые; это мы — те, у которых «головы младенцев разбиты о камень», — и об этом самом против себя мы поем в церквах ангельскими голосами: «На реках Вавилонских тамо седохом и плакахом». Нам — одно утешенье:

Хотя навек незримыми цепями Прикованы мы к здешним берегам,

Но и тот круг должны свершить мы сами,

Что боги совершить предначертили нам.

Мы должны сами совершить круг своего подчинения Израилю! Может быть, вы — последний египтянин и я — последний грек. И, как загнанные звери, мы смотрим на «торжество победителей». Минутой позже, минутой раньше нас возьмут, зверей, может быть, — последних зверей, и выточат кровь для кошерного мяса. Но надо быть покорными.

И подлинно, как ни бери дела, а выходит все одно. Ветхий Завет дает и неустанно твердит обетования о будущем господстве над миром. Кому? — иудеям. А Новый? — Он отнюдь не говорит нам, христианам, что это господство переходит теперь к нам, христианам, а лишь зовет терпеливо нести свой крест и обещает за это спасение. Один Завет противоречит другому, — но не потому, что оба говорят одно, а потому именно, что оба говорят разное, и разное это обращено к разным лицам. И это глубокое и коренное расхождение обоих Заветов, примиримое при высоком парении духовного созерцания, как это было у апостола Павла, нестерпимо режет и жжет наше бескрылое и дряблое сознание.

П

Медицинская и психологическая экспертиза колотых ран, нанесенных Ющинскому в область правого виска, не могли дать ощутительных результатов.

Существенный в этом случае вопрос — е́сть ли основания предполагать, что наносивший эти удары действовал систематически и по определенному плану, — остался открытым.

Между тем разрешение настоящего вопроса в положительном смысле явилось бы, в сущности, установлением факта, что налицо имеется доказательство существования убийств не с одной только целью лишения жизни.

В связи с данными другого порядка, непосредственно связанными с убийством Ющинского, наличность в этом случае нанесения смертельных ударов для неизвестной цели — могла бы дать определенную картину так называемого ритуального убийства.

Экспертиза имела в виду все ранения на теле убитого. Именно в этом смысле показания профессора Косоротова свелись к тому, что характер ранений, по его мнению, указывает на определенную систематичность действий убийц.

С другой стороны, экспертиза богословская обращает особенное внимание на 13 уколов в области виска, усматривая в наличности этого числа ран несомненные признаки ритуала.

Таким образом, создается некоторое разногласие, сущность которого в том, что эксперты медицины — видят систематичность в нанесении всех ран, тогда как ксендз Пранайтис отмечает систему только в 13 ранах на виске, не придавая особенно глубокого значения другим ранениям.

Оценка обеих экспертиз по отношению к данному случаю должна привести к заключению, что богословскому исследованию следует уделить достойное место, так как настоящее убийство, по многим основаниям, принимается за ритуальное.

Тринадцать ран в области правого виска убитого, по мнению эксперта ксендза Пранайтиса, стоят в несомненной связи с текстом книги Зогар (ч. II, 119 а), трактующего об убийстве «двенадцатью испытаниями ножа и ножом», что составляет тринадцать.

Эта связь, попытку установления которой делает эксперт, должна подтверждаться некоторыми внутренними звеньями.