В то же время Бо Сяошэн и остальные уже не первый раз видели подобное, так что прекрасно знали, насколько ужасающим может быть Юэ Чжун, способный в одиночку уничтожить большие силы противника. По их оценкам, Юэ Чжуну будет очень тяжело справиться с механизированным армейским батальоном, но с обычным пехотным батальоном, не имеющим тяжелого вооружения, их командир может справиться запросто.
С началом апокалипсиса личная сила людей начала достигать угрожающего уровня — сильнейшие мастера были способны в одиночку разгромить небольшие подразделения регулярной армии.
— Командир, что будем делать с этими вьетнамцами? — посмотрев на сдавшихся людей, спросил Бо Сяошэн.
— Найдите среди них офицеров и доставьте ко мне, — ответил Юэ Чжун. — У меня есть, что спросить у них.
Бойцы Бо Сяошэна быстро обнаружили командиров среди сдавшихся солдат, и вскоре перед Юэ Чжуном предстали все выжившие офицеры: один командир роты, два заместителя командира роты, а также четыре командира взвода.
— Я хочу знать, — осмотрев военных, Юэ Чжун спросил: — Кто из вас знает о Зеленой Ведьме Чэнь Яо? Ты будешь первым, — указал он на одного из командиров взвода.
— Тьфу! Китайская собака! — ответил солдат, с ненавистью посмотрев на него.
Недолго думая, Юэ Чжун выстрелил из своего револьвера, разорвав голову командира взвода на куски, в результате чего кровь и мозги разлетелись далеко в стороны.
«Жестоко!» — видя это, сердце Ли Шиминя дрогнуло, а сам он внутренне похолодел. Сейчас он отчетливо понимал, насколько суров Юэ Чжун, поэтому выбросив все мысли о побеге, хотел лишь четко выполнять все приказы, не вызывая его неудовольствия.
— Твоя очередь, — Юэ Чжун указал револьвером на следующего командира взвода.
— Я не знаю! Господин, я не знаю! — упав на колени, запричитал солдат. — Я действительно не знаю!
Бах! Раздался выстрел, и его голова также разорвалась.
— Мое терпение не бесконечно, — наведя оружие на другого командира взвода, проговорил Юэ Чжун. — Если вы не начнете говорить, то мне придется убить всех вьетнамцев в этом городе! Они умрут за наших соотечественников, которых вы убили! Говори!
— Я скажу! Буду говорить! Пожалуйста, сохраните мою жизнь! — опустившись на колени, со слезами на глазах закивал головой командир взвода.
— Ван Чжэнци, ты солдат Великой Вьетнамской Империи! — вдруг громко закричал командир роты. — Как ты можешь быть таким мягкотелым, встав на колени перед китайской собакой?!
Бах! В следующее мгновение голова разгневанного командира роты лопнула. На лицах всех офицеров читался страх, так как они впервые столкнулись с представителем китайцев, над которыми они обычно издевались. По этой же причине Юэ Чжун не намерен был обращаться с ними мягко, демонстрируя всю свою безжалостность.
— Четыре дня назад силы Зеленой Ведьмы Чэнь Яо были разбиты в предгорьях Далуо, после чего она отступила в горы. Куда конкретно — мы не знаем. Карательной операцией руководил командир Жуань Вэньи, который нам и говорил, что делать. Прошу вас, пощадите мою жизнь! — быстро проговорил Ван Чжэнци, не забывая кланяться.
— Хорошо, я сохраню тебе жизнь! — удовлетворившись ответом, махнул рукой Юэ Чжун.
— Командир, что делать с этим городком? — спросил Бо Сяошэн.
— Убить их всех! Мы не можем оставить наших соотечественников неотмщенными! — хладнокровно приказал Юэ Чжун.
Глава 456. Ярость вьетнамцев
В городке в живых оставалось 465 вьетнамцев. В итоге два десятка экспертов, прибывших с Юэ Чжуном, расстреляли жителей городка, после чего отрубив им головы, повесили их по периметру деревянной стены.
— Юэ Чжун, разве это не слишком жестоко?! — не выдержал Ли Шиминь, тяжелым взглядом смотревший на стену города, увешанную головами. — Ведь среди них множество мирных жителей!
— Ли Шиминь, они без колебаний убивали наших соотечественников! — хладнокровно ответил Юэ Чжун. — Вьетнамцы, находящиеся под командованием Вуянь Хуна, считают нас свиньями и собаками, разве это не жестоко? Здесь одни только вьетнамцы, поэтому каждый из них является силой Вуянь Хуна, и каждый из них несет угрозу для нас! Это война, а на войне ни один враг не будет относиться к своему противнику снисходительно! — после чего он строго посмотрел на лучника и отдал приказ: — Я приказываю тебе: в течение месяца принести сто голов вьетнамцев. Мне все равно, как ты их достанешь, но ты должен их принести! Иначе твоя ненаглядная Чжан Цайчжи долго не проживет! Ты слишком мягок! Иди!
— Да, командир! — стиснув зубы, ответил Ли Шиминь, который получив такой внезапный приказ, чуть не онемел, однако став свидетелем беспощадности Юэ Чжуна, просто не мог ответить иначе, поэтому вместе со своим большим бронзовым луком немедленно удалился в ночную темноту.
— Вот ведь дурень! — плюнул Ли Шиминю вслед подошедший к Юэ Чжуну Бо Сяошэн. — Две нации воюют за жизненное пространство — если умрут не они, то погибнем мы. Быть в таких условиях доброжелательным может лишь недалекий придурок!
— Он хороший человек, — ответил на это Юэ Чжун. — Просто это не подходит для нынешнего жестокого времени.
