Андрей Шаманов посмотрел на расстеленный перед ним большой лист бумаги, план местности, составленный им от руки, на глазомер. Найдя нужную отметку на плане, он ткнул карандашом:
– Найдено «обручальное» колечко на возвышенном берегу озера… Можно считать, там было святилище Югэн-Тас.
– Андрей, первый раз слышу – Югэн-Тас? – сказал Леонид Викторович и попросил пояснить значение этого названия.
– Понимать надо так: Югэн-Тас – холм Священного Огня. Ошибки не будет, если Югэн-Тас перевести как место Солнечного Креста. Разумеется, крест языческий.
– А само слово Югэн?
– Кволи-газары, досельные аборигены, жившие на этой земле, называли себя югами. Этноним «юги» есть само название родоначальников аборигенного населения.
Теперь надо понять значение этого слова: «юг», или «юк», – человек. А вот «югэн», или «юкэн», – речной народ, песчаные люди. Слово «песчаные» звучит как многочисленный народ…
– Слушай, Андрей, друг ты мой дорогой! – обрадованно воскликнул Леонид Викторович и от нетерпения хлопнул в ладоши. – То, что ты сейчас сказал, для меня новость… Попытайся объяснить заодно, что такое «Вас». Не один десяток рек в Приобье именуется: Вас-Юган, Васть-Юган, Вэс-Юган… Что же это за «довесок» – «Вас»?
– Речной дух у югов, точнее сказать, у кволи-газаров именовался «Вас». А духи водяные, речные и озерные имели всегда черный или коричневый цвет, и в противоположность им все небесные божества считались белыми. У хантов и поныне водяной зовется Васа, а у зырян – Вэс. Отсюда и Вас-Юган.
Григорий Тарханов все это время сидел и, держа большую лупу перед глазами, рассматривал мелкие рисунки, символические знаки, на бронзовом «обручальном» кольце. Он все еще верил, что это кольцо было головным обручем, украшением древней женщины. Ширина кольца в два пальца. По окружности все оно увенчано загадочными писаницами.
– Вот это ребус оставили нам кволи-газары… Разберись-ка, что хотел сказать древний художник четыре тысячи лет назад.
– Да нет, Гриша, сложности особой нет в этом. Это бронзовое кольцо венчало столб Солнечного Креста: тамговый столб стоял около жертвенника…
– Ну ты, Андрей, говоришь так уверенно, словно из могилы поднялся жрец, умерший тысячи лет назад, и все разъяснил тебе: где и что стояло, для чего предназначались те или другие старинные вещи, – удивленно и недоверчиво сказал Григорий Тарханов и в то же время выжидательно смотрел на художника.
Таня Волнорезова улыбнулась, посмотрела на Андрея и сказала:
– Парнишки, вы просили у меня крепкого чая… Так пейте же, чего зубы точите. Остывает чай-то…
Андрей сделал несколько глотков, отодвинул кружку, потом молча взял у Григория из рук бронзовое кольцо, попросил лупу.
– На этом кольце все написано. Образное письмо.
– И ты, Андрей, это пиктографическое письмо прочитал? – удивленно посмотрел на художника Тарханов и тут же извиняюще тихо попросил: – Ты уж не обижайся, такая у нашего брата-следователя натура немного доверяй и много раз проверяй.
– Кроме меня, есть еще два человека, которые могут читать тамговые письмена – Югана и Иткар Князев. А древнее тамговое письмо – это, можно сказать, международный язык знаков и символов.
– Ты прав, Андрей, -сказал Леонид Викторович. – Читай. А я запишу твое толкование этих надписей. А позднее для сверки дам на прочтение Югане и Иткару Князеву. Сравнение трех переводов даст нам истину.
Андрей подождал, когда Леонид Викторович достанет из кармана пиджака блокнот, карандаш. Неторопливо начал читать, вернее, расшифровывать.
– Чудо! – сказала взволнованно и удивленно Таня. – Четыре тысячи лет назад древний художник-ваятель отправил руны, начертанные на бронзовом кольце, богу солнца. А попало оно его же собрату художнику, и вот…
– И вот свершилось то, что могло не свершиться, если бы Таня Волнорезова с Андреем Шамановым дремали у себя в Улангае, – сказал радостно Григорий Тарханов и нетерпеливо попросил Андрея: – Ну, читай же…
– Юную, чистую девушку завтра принесут тебе, Солнце, белые люди, кволи-газары, жертву. Ее кровь не осквернена наслаждением мужчины, ее тело… Ее тело уже омыто белым молоком первожеребой кобылицы.
– Стоп-стоп! – попросил Леонид Викторович. – Ты уж читай по правилам: сначала называй рунические знаки, а потом их словесное значение на нашем языке.
– Хорошо. Кольцо это бронзовое, отлито по восковой модели, а потому тамговые знаки выписаны хорошо. Сова: голова, «лицо» овалом напоминает женское; уши даны лунными символами; на теле совы расположены черные кубики. Этих черных кубиков четырнадцать. Поясняю: Ночная Птица, дочь Луны, будет охранять Великое Солнце, жертвенную девушку. Девушка очень молодая и красивая – ей четырнадцать лет, и она уже трижды омыта кобыльим молоком…
– Вот это уже другой табак! – восхищенно сказал Леонид Викторович. – Жми, Андрей, дальше!
