Юлий кивнул сам себе и надавил носком на пятку, стягивая один за другим кеды. В этом было что-то фаталистическое, будто он принял решение не заняться первым в своей жизни сексом, а пройтись по канату или прыгнуть с парашютом. С одной лишь разницей: здесь не было ни страховки, ни парашюта. Но кое-что все-таки было.
– Вот! – он шагнул к Диме и припечатал его грудь гандоном, как это сделал Артур. – Не потеряй.
В ответ его едва не опрокинули на кровать, впечались в губы губами, так что аж жарко стало. Юлий зажмурился, обвил руками чужую шею, прижался крепче, чтобы ближе и сильнее чувствовать жар, что исходил от Димы.
– Первый раз больно, муркель, – предупредил тот.
Но Юлий уже твердо все решил на этот счет.
– Похер.
– И он тебя трахнул, – бессердечно припечатал Артур.
Они сидели в комнате Юлия. Витя задерживался, закрывал спешно хвосты в универе, чтобы свалить до конца семестра куда-то за бугор. Он вообще все время куда-то ездил – в другие города, в область, на разные мероприятия в Европе. Артур ждал его, развалившись на кровати, и расспрашивал Юлия. Вероятно, от скуки.
Тому было что рассказать, но делиться не слишком хотелось. После того раза, который «похер», у них с Димой установились странные, но вполне стойкие отношения.
– Мы встречаемся каждый день почти, – сообщил он осторожно.
– Романтический период? – Артур листал иностранный музыкальный журнал. – Куда ходите?
– В его кровать, – с вызовом отозвался Юлий.
– Вы не встречаетесь, – сообщил ему Артур, рассматривая субтильного парня с гитарой на фото.
Музыкант был так похож на рокерского стиля девчонку, что, если бы не просвечивающая сквозь тонкую майку мальчишеская грудь, Юлий бы никогда не определил его пол верно.
– Вы тоже, – из вредности объявил он, – Витя вечно в разъездах. Без тебя.
Артур прожег его своим фирменным злым взглядом и промолчал.
Юлий не стал продолжать. Объяснять что-то не хотелось. Их с Димой связь была основана не на сексе, а именно на притяжении – каком-то почти космическом. Физическое превалировало, да, но, приходилось признать, что даже молча курить рядом, им было в кайф. Когда у Димы было хорошее настроение. Или у Юлия. В двух встречах из трех все очарование вечера портил либо один, либо второй, либо оба сразу. Юлий не мог это объяснить логически. Создавалось ощущение, что по воздуху пускали разряд, который раскалял до белизны нервы, и погасить их можно было только сексом.
Юлий не очень-то разбирался, но все-таки догадывался, что в идеале секс – это не попытка друг друга убить в процессе. А у них с Димой происходило именно так. Сам Юлий был будто и жертвой, и агрессором одновременно. А еще – манипулятором. Дима и правда сходил по нему с ума, и Юлий знал это.
Опытность оказалась делом наживным. Уже на третий раз он вполне освоился и с граничащей со слабоумием храбростью провоцировал Диму. Он и сам не мог бы точно сформулировать, что именно и как делал, это выходило само собой: один взгляд или оброненный равнодушный комментарий заводили его любовника до предела. В такие моменты Юлий только и успевал, что задуматься, не случится ли так, что в этот раз все кончится смертоубийством, но тут же все забывал, заткнутый яростным поцелуем или развернутый лицом в подушку. И это был чистый кайф.
Объяснить такую странную страсть Артуру было невозможно.
– Ну и что ты думаешь делать? – снова полюбопытствовал тот.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну ты же понимаешь, долго вы так не протянете, – Артур пожал плечами. – Разбежитесь, если не найдете другие точки соприкосновения.
Это прозвучало как выдержка из статьи о психологии отношений из какого-нибудь подросткового журнала, но Артур умел произносить даже глупости с таким видом, будто разъяснял великие истины.
– Какие еще «другие точки»?! – сердито подскочил на месте Юлий.
– Досуг, – Артур закатил глаза. – Вам нужно потусоваться вместе. Как все нормальные люди делают.
***
Повод потусоваться вместе появился как по заказу. В конце той же недели знакомые Юлия устраивали концерт.
В то время каждый второй играл в какой-нибудь группе, а то и в двух, а каждый первый был знаком с музыкантами. Это была вечеринка каверов – каждый коллектив должен был, помимо своего творчества, сыграть еще какой-нибудь широко известный хит. Ход был хороший – каверы любили все. Вход оказался свободный, и Юлий, которому нравились такие мероприятия, а еще – в пику Артуру, решил, что заставит Диму пойти тоже.
– Я хочу послушать, – объявил он с порога. – Задолбало сидеть в четырех стенах! Пойдем!
Дима смерил его хмурым взглядом.
– Так иди, – буркнул он. – Я тебе за каким хреном там понадобился?
Было очевидно, что идея не вызвала у него никакого энтузиазма, но Юлий не планировал так просто сдаваться. Он подошел и, упершись Диме в плечи, склонился над ним, заглядывая в лицо.
– Почему нет? – просто спросил он.
– По кочану, – хмыкнул тот, перехватывая его руки. – Мне и здесь хорошо. С тобой.
