Конечно, Дима ушел. Нет, вначале он долго собирался, бренчал ключами, шуршал одеждой, пытаясь двигаться бесшумно, а затем все же свалил, оставляя Юлия в квартире одного.
Шли часы. Вначале Юлий наслаждался долгожданной тишиной, но продуктивность не прогрессировала – теперь он слышал, как тикали часы, и от этого с каждой минутой становилось все более одиноко и вообще как-то разом жалко самого себя. Он почувствовал себя таким усталым, глупым и потерянным, брошенным в самый трудный момент, что не заметил, как всхлипнул, а потом и вовсе начал давиться слезами. Стоило остаться одному, как все, что он запихивал поглубже, не имея времени обдумать как следует, вылезло разом наружу и хлынуло из него. Будто Дима был ножками от стула, на котором он сидел, и сейчас Юлий грохнулся на пол, осознавая, какая пропасть на самом деле их разделяет.
Рука сама потянулась к телефону.
– Ты говорил, он никогда меня не бросит, – вместо приветствия сообщил Юлий в трубку.
Артур помолчал несколько секунд, после чего отозвался со вздохом:
– Диктуй адрес.
Он появился спустя минут сорок с бутылкой дешевого вермута и соком.
– Довел мужика? – не здороваясь, выдал он, но тут же осекся, увидев опухшее унылое лицо Юлия. – Не может быть… – протянул он пораженно. – Как такое вообще возможно?!
Юлий неопределенно пожал плечами. Он уже не был уверен, что приход Артура сюда – хорошая идея. В любую минуту Дима мог вернуться, и тогда скандала было бы не избежать.
Артур тем временем продолжал дотошно осматривать его и квартиру.
– У меня завтра экзамен, – отозвался Юлий, когда Артур выставил на стол бутылку.
– Ты знаешь все лучше препода, – отмахнулся Артур, – а что не знаешь – сообразишь сам.
– Нет, вообще-то! – разозлился Юлий.
Такой подход к делу его всегда бесил.
– Нет?
– Нет, чтобы все знать, надо учить! Я не родился с этим знанием!
– А твой слесарь, видимо, так не считает, – догадался Артур. – Понимаю, для него это все на уровне астрофизики.
Юлий поморщился. Он не собирался сидеть здесь, бухать и поносить Диму, а Артур, видимо, собирался делать именно это.
– Мне нужна повышенная стипендия, – по привычке сказал Юлий.
– И совместить это с пролетарской семьей не получается? – Артур сел на Димин стул и спросил, хмурясь: – Совсем хреново, да?
Сейчас Юлию было стыдно за свою минуту слабости, однако соврать он уже не мог.
– Достало все, – он вскрыл бутылку, что принес Артур, оглядел грязные чашки в раковине, после чего просто сделал пару внушительных глотков прямо из горла.
– Эй, полегче, – Артур взволнованно дернул его за руку. – Запей хоть!
Запивать вермут не хотелось. Юлий достал из холодильника остатки колбасы, нарезал ее прямо на столе, сдвинув учебники в сторону.
– Стаканов нет, а чашки грязные, – запоздало пояснил он.
– Я уже понял, что быт у вас хорошо налажен, – съязвил Артур, но, очевидно, мыть чашки и ему не хотелось, потому он тоже хлебнул из горла.
– Если Дима вернется и увидит тебя здесь, он тебя убьет, – сообщил Юлий хмуро. – Я серьезно.
– Чудно! – Артур хлопнул в ладоши. – И почему же?
– Он очень ревнивый.
– И?
– И ему похрен, что у нас с тобой ничего нет, – Юлий закатил глаза. – Он как-то чуть не ушел, когда я посидел в баре с Витей.
– Мило сообщить мне об этом сейчас, – потянул Артур. – Что ты собираешься делать со всем этим?
Он неопределенным жестом обвел грязную кухню, но говорил, конечно, о Диме. Сам он здесь смотрелся совершенно неуместно – хорошо одетый, чистый, без следов усталости или проблем на лице. Юлий ничего не знал о нем: чем занимается Артур, сколько ему лет, откуда вообще взялся. Он даже не помнил, откуда у него этот номер. Было странно пить и откровенничать сейчас с почти посторонним для Юлия человеком.
– Я не знаю, – пришлось признать очевидное. – Все идет своим чередом. Я не хочу ничего менять.
– Уверен? – Артур деловито поправил очки.
– Да не знаю я! – гаркнул Юлий.
Он схватился за голову и так застыл, пряча от Артура свое лицо. Казалось, тому достаточно встретиться с ним взглядом, чтобы понять все.
– Давай поговорим, – вздохнув, предложил тот. – Тебе просто нужно выговориться, станет легче.
Его голос был уверенным и спокойным, без любопытства или насмешки.
– Да что говорить?! – взорвался на это Юлий. – Я же, кажется, умный! И так все понимаю!
– Это спорный довод, – фыркнул Артур и все-таки встал, чтобы вымыть пару чашек, – но допустим.
– Думаешь, я когда-то мог себе такое представить? Спал и видел, как живу с мужиком, у которого темное прошлое и такое же темное будущее? Что влюблюсь, как ты говоришь – в слесаря? Что вообще влюблюсь?
– Ты метил в принца Уильяма или на худой конец – в Гарри, – с пониманием кивнул Артур.
– Я вообще ни в кого не метил! – рубанул Юлий. – Мне все это нахрен не упало!
– Ты сказал, что влюбился, – заметил Арутур.
– Нет. Не знаю. Наверное, – Юлий поджал губы. – Ну, а что это еще тогда?
– Страсть? Похоть? Шизофрения?
– И это все – тоже. Я для него – все, понимаешь? Вообще весь мир, – он с несчастным видом посмотрел на Артура.
– Это как раз понятно. А он для тебя?
