Когда молва о приближении нашего войска дошла до врагов, то карнуты, наученные чужими несчастьями, оставили села и города, где они жили в наскоро построенных для защиты от зимы маленьких и бедных помещениях (значительной части своих городов они после недавнего своего поражения лишились), и рассеялись по разным направлениям. Так как именно теперь наступила самая лютая погода, и Цезарь не желал, чтобы его солдаты страдали от нее, то он разбил свой зимний лагерь в городе карнутов Кенабе и поместил солдат частью в домах галлов, а частью в бараках, которые были построены солдатами и покрыты спешно собранной соломой. Всадников же и пехотинцев из вспомогательных отрядов он послал во все стороны, куда только, по его сведениям, устремлялись враги. И недаром, ибо большей частью наши возвращались с богатой добычей. Суровая зима и страх перед постоянными опасностями сломили карнутов: лишенные крова, они нигде не осмеливались задерживаться на более или менее долгое время, а в жестокие морозы даже в лесах не находили себе достаточной защиты. Поэтому, потеряв много народа, они рассеялись и разбежались по соседним общинам».
Судя по всему, у Цезаря оставались серьезные сомнения по поводу лояльности окрестных галльских племен. Допустим, карнуты снова были рассеяны, но оставались другие, например, те же строптивые белловаки. Напомним, что именно белловаки сочли возможным отказаться от возложенной на них присылки Верцингеторигу десяти тысяч добровольцев, ограничившись всего двумя тысячами бойцов. При этом, что характерно, они заявили, что у них с римлянами свои счеты; незачем поступать под чье-то начало, чтобы отомстить легионерам Цезаря за старые обиды. У белловаков хватит сил, чтобы разобраться с римлянами самостоятельно.
Из «Записок» известно, что
«Цезарь считал достаточным в это суровое время года разгонять собиравшиеся отряды неприятелей, чтобы помешать возникновению новой войны, и, насколько можно было рассчитать, был уверен в том, что к началу лета дело не дойдет до большой войны. Поэтому он оставил два своих легиона под командой Г. Требония на зимних квартирах в Кенабе, а сам выступил в поход против белловаков.
