Всего в зданиях находилось около ста человек, из чего можно было сделать вывод об огромных масштабах этого заведения. Противники, защищавшие хозяина лавки, оказали сильное сопротивление, и несколько Северных Мечей получили ранения. Но все же это не потребовало вмешательства Чхве Уёна. Отчаянно сражающиеся Черные Смерчи оказались окружены и моментально сдались, побросав оружие на землю, когда к горлу оказались приставлены острия мечей противника.
Враг был захвачен быстро, но Чхве Уён не мог избавиться от странного ощущения, что что-то здесь не так. Он схватил хозяина лавки, засунул ему в рот кляп и толкнул его в повозку. Оставив нескольких человек охранять склад, командир приказал остальным воинам отступать. Вся операция заняла не больше времени, чем один прием пищи.
Чхве Уён только отъехал от горы Ыльчжи, когда увидел, что навстречу ему, словно вихрь, мчится с десяток всадников. Он стремительно вынул меч из ножен и приготовился к бою. Держа в другой руке копье на изготовку, командир встал на дороге, но всадники остановились перед ним и осветили темноту факелами.
— Чхве Уён, это ты? — прорезал тьму глубокий низкий голос.
Чхве Уён молниеносно спрыгнул с лошади и подбежал к говорившему.
— Приветствую вас, генерал.
Его переполняли эмоции. На миг командиру даже показалось, что он сейчас расплачется. Чхве Уён опустился на одно колено и почтительно склонил голову, прижав руку к сердцу. Перед ним стоял сам генерал Воль Гван.
— Поднимайся. Где этот человек? Ты поймал его?
— Да, генерал. Он в повозке.
— Тащите его сюда и зажгите факелы поярче.
Получив приказ генерала, воины быстро забегали вокруг. Дрожащего всем телом хозяина травяной лавки кинули к ногам генерала и принцессы.
— Это он? — голос Воль Гвана дрожал от едва сдерживаемой ярости. В глазах Пхёнган мерцали огни, отражающиеся от света факелов. Она не послушалась просьбы наставника остаться во дворце и последовала за ним, чтобы своими глазами увидеть, как смерть матери будет наконец отомщена.
— Так это ты тот самый таинственный главарь Черных Смерчей? — гневный голос Воль Гвана пронзил темноту ночи словно раскаты грома.
Побелевший от страха хозяин травяной лавки, дрожа, помотал головой в разные стороны. Принцесса тоже заподозрила неладное. Не похоже было, что этот пугливый человек способен управлять такой организацией, как Черные Смерчи. Она тихо произнесла:
— Странно, он выглядит слишком трусливым. Я не вижу в нем ни капли достоинства.
Чхве Уён, которого терзали похожие сомнения, отдал приказ своим воинам:
— Вытащите кляп из его рта.
Не в силах больше сдерживаться, он стремительно приблизился к пленнику и схватил его за горло:
— Ты хозяин травяной лавки, верно?
— Д… да, это я. Пощадите!
Схватив его за руки, командир внимательно вгляделся в ладони мужчины. Они были совершенно гладкими, без единой мозоли.
— Этот человек никогда не держал в руках меч, — сказал Чхве Уён, с удивленным выражением лица повернувшись к Воль Гвану.
— Кто ты такой, подлец? Разве не ты главарь Черных Смерчей?
— Я… я — хозяин травяной лавки, и только.
Генерал отвернулся от пленника и решительно сказал:
— Вы поймали не того. Перережьте ему горло.
— По… постойте! Подождите! Я скажу вам правду, только пощадите меня!
— Говори! Где главарь Черных Смерчей?
— Э… это мой помощник. Помощник в травяной лавке и есть настоящий главарь Черных Смерчей!
— По коням!
Чхве Уён молниеносным движением оттолкнул хозяина травяной лавки с дороги, пришпорил коня и помчался вперед.
Приближаясь к травяной лавке, Чхве Уён издалека услышал звон оружия. Черные Смерчи, держа в руках мечи и копья, собрались на площади перед входом и сражались с Северными Мечами. Командир на ходу соскочил с лошади и ворвался в самую гущу битвы. Его копье неистово засверкало во тьме ночи. Следом за ним к сражению присоединился Ким Ёнчоль. Яростно размахивая огромным мечом, он раскидывал противников направо и налево. Воин считал себя виноватым в том, что отряд допустил такую оплошность перед генералом.
Если кто-то пытался остановить могучий клинок Ким Ёнчоля, его меч тут же ломался надвое под напором воина, и враг падал замертво. Северные Мечи — воины, которые побывали в аду и вернулись, никто не может им противостоять в бою. Безжалостно расправившись с противником, отряд снова проник во двор травяной лавки. Мертвые тела товарищей, которых оставили до этого сторожить склад, лежали на земле в лужах крови.
— Бросайте оружие и выходите во двор! Те, кто ослушается приказа, прощайтесь с жизнью! — грозным голосом прогремел Воль Гван.
Рабочие и слуги, прятавшиеся в зданиях, торопливо выбежали на улицу. Помощника хозяина лавки окружало около десяти человек охраны. Исподлобья взглянув на Воль Гвана, он незаметно подал сигнал одному из своих людей. Воин приставил к луку огненную стрелу и натянул тетиву, целясь в ночное небо. Но тут же замертво упал на землю, сраженный стрелой Ли Чжинму.
