Вместе они искали способ, как забраться на голову чудовища. Это был опасный момент. Без четкого разделения собственности могли вспыхнуть драки между спасательными экипажами разных куполов, как это произошло в прошлом поколении вокруг последней горячей трубы на дне каньона Клеопатры. Только когда погибло несколько десятков человек, бабушки помирились.
Если Тайри отстоит право на труп, то по действующим правилам следует выделить щедрый подарок каждой колонии, но лучшая и большая часть достанется Тайри. Теперь мир и честь зависела от его скорости. Но череп был огромный, скользкий и гладкий. Почти не имея времени на размышления, Иона решил рискнуть. Он полоснул по упругому тросу, связывающему мягкий комбинезон с подвешенным грузом, надежно удерживающим его на океанском дне. Он тут же ощутил непреодолимую тягу, толкающую его к небу и гибели. Та же самая сила, что вздернула колонию Безо несколько дней назад, отправив купол со всеми его обитателями в долгое падение вверх.
Енох понял его рискованный маневр. Схватив Иону за руку, он сунул ему за пояс грабли и нож. Все было в порядке. Они были готовы. Сила, влекущая его к поверхности, слегка ослабла. Иона кивнул другу и прыгнул.
Брачная делегация подошла ко входу в купол Тайри, постукивая в бубны. Молодежь, украшенная венками из рисовых колосьев и цветочными гирляндами, плясала вместе с молодоженами. Хотя многие дети были в масках и с гримом, скрывающим врожденные уродства, казалось, от них исходил свет.
Ведь они были единственными.
Некоторые взрослые тоже пели и кричали в те моменты, когда это было положено. Особенно старались несколько десятков беженцев – Тайри выделило место для части изможденных беглецов из развалин Сиксина и Содула, и теперь они с пылким рвением приветствовали процессию, отчаянно стараясь, чтобы новый дом по-настоящему принял их, а не просто терпел. А остальные гости из неразрушенных куполов? Большинство пришло только ради бесплатной еды. Все они толпились возле шлюзов, теснясь, чтобы пропустить свадебную субмарину.
Иона их не осуждал. Большинство людей предпочли остаться поближе к дому, потому что в последнее время удары с поверхности стали сыпать как сумасшедшие, увеличивая цепочку трагедий, окончательно прервав старое спокойное житье.
Иона взглянул на свою невесту, пришедшую из отдаленной колонии Лауссан, находящейся на северном краю каньона Клеопатры, чтобы забрать его. Рост выше среднего, лицо чистое, крепкое тело, у нее были красивые бедра и лишь незначительная мутантная пятнистость на затылке, где волосы росли буйными бесцветными спиралями. На недостатки Ионы тоже закрывали глаза, у него не было перепонок на ногах, а еще он начинал безостановочно чихать, когда давление менялось слишком быстро. Сейчас никто не обращал внимания на такие мелочи.
До этого дня он видел Петри Смот только мельком, за все эти годы перебросившись от силы парой слов, в мастерских или на ярмарке после урожая, проходящей в некоторых самых крупных куполах. Во время прошлогоднего фестиваля, проходящего в Олдрине, имевшем печальную судьбу, его будущая невеста задала ему несколько уточняющих вопросов о представленных им остроумных технических новинках. Сейчас, вспоминая тот случай, он понимал, что тон, с которым она спрашивала его, был… оценивающим. Он сопоставил тогдашние свои ответы с тем, как они могли повлиять на ее выбор. Ему никогда не приходило в голову, что он может произвести на девушку такое впечатление, что она решит выбрать его в качестве супруга.
Возможно, ее действительно привлекли именно его способности механика. Паналина предложила ему такое объяснение вчера, помогая привести в порядок его приданое – старый грузовик, который он купил на премию, полученную за труп морского змея. Давно брошенное судно он сумел отремонтировать за год. Многие считали грузовик безнадежно обветшалым.
