Но разве он не был мертв? Его обвинили в бесчисленных преступлениях, в том числе ксеноциде по отношению к мирным обитателям океанов Европы, спутника Юпитера, его армии были разбиты, а солдаты-киборги уничтожены. От его Пятилетнего Царства ничего не осталось, ни статуй, ни мемориалов. Главный злодей Солнечной системы, как называли его. Неужели, неужели он жив?
– Ван Хвизен? Да, да… Я помню это имя, – задумчиво протянул человечек в очках. – А кто же вы?
– Убей его, Кольт! Убей его! – Шарол дрожал, пот лил по его лицу, Кольт никогда не видел его таким. Он с трудом сдерживал своего друга, волнуясь за его жизнь.
– Ах, – ласково улыбнулся Ван Хвизен, – вы слышали обо мне? – Он повернулся к Кольту, покачивая головой. – Венерианцы, – вздохнул он, – эмоциональная раса, вы не находите? Они, как дети, нуждаются в твердой руке взрослых, которые будут направлять их. Да, я могу вами воспользоваться, это не трудно. Берите их, – приказал он киборгам резким голосом. Кольта и Шарола поставили на ноги и повели куда-то глубоко в храмовый комплекс, в тени пирамид.
В той войне Кольт был еще молодым солдатом. Он до сих пор вспоминал высадку на Европу после резни. Помнил трупы мягких, китообразных существ, лежащих на льду и смотрящих на них огромными невидящими глазами, после того как над Европой прозвучали телепатические мелодии, сводящие с ума мирных обитателей этой планеты.
И война превратила этот заснеженный спутник в ледяное кладбище.
Ненависть поднялась в нем, когда эти забытые, замороженные, погребенные глубоко в душе воспоминания ожили в нем. Их ввели в храмовый комплекс как беспомощных пленников. Все кажущиеся признаки величия исчезли, когда они оказались внутри, и это место оказалось тем, чем оно и являлось: руинами. Ошибки нет: человек покорил космос давным-давно. Но неясно другое, какая именно раса смогла создать это место? Атланты? Или жители страны Му, от которой остались теперь только легенды и мифы?
Теперь джунгли беспрепятственно смогли захватить храмы; корни деревьев взламывали каменные плиты, переворачивали статуи. Храмы должны были стоять на насыпной платформе, но почва размылась с подъемом уровня рек, и некогда великие дворы заболотились, превратив площади в зловонные болотца со стоячей водой, окружающие главную пирамиду.
За храмовым комплексом разлилось, насколько хватало глаз, полуозеро-полуболото. Вода доходила до основания пирамид, она оставила черную полосу на каменных плитах. Вдоль всего берега, между пирамидами, сновали мужчины и женщины, аборигены. Кольт услышал сдавленный хрип Шарола, полный гнева и отвращения.
Рабы.
Аборигены стали рабами.
Цепи сковывали их вместе, обхватывая ноги. Бродящие между ними киборги контролировали порядок. Ряды пленников уходили в болото все глубже и глубже. Над ними стояли вышки с прожекторами, и Кольт разглядел массивную плавучую платформу, на которой находился гигантский кран, трос которого погрузили в воду. На площадке царила суета: водолазы то уходили, то возвращались.
Все это походило на спасательную операцию.
– Что там находится? – спросил Кольт.
Ван Хвизен самодовольно улыбнулся.
– Сокровища, парень! – ответил он. – Сокровища, подобных которым Солнечная система никогда не видала! А вы, ребята, поможете мне вернуть их.
Руг…
– Что тут произошло? – снова спросил Кольт.
На мгновение Ван Хвизен смутился. Но затем его глаза вновь загорелись, и Кольт ясно осознал с холодным, тревожным ощущением, что перед ним совершенно, совершенно сумасшедший человек.
– Принимайтесь за работу! – взревел Ван Хвизен. Киборги выволокли их вперед, к ближайшей цепи рабов. На ноги им надели оковы, киборг-надзиратель с презрением щелкнул над ними электрокнутом, и Шарол закричал, когда на его спине набухла длинная полоса начисто сожженной кожи. Кольт вместе с венерианцами зашел на мелководье, погружаясь все глубже. Что они искали, он не знал. Известно было только то, что они должны либо найти это – либо умереть в поисках.
Руг…
Как долго они пробыли там, Кольт не знал. Он потерял счет времени. Через несколько дней они стали слышать голоса. Непрерывное бормотание безумных голосов в озере призывало, каждую минуту требовало искать его. Руг. Руг!
Это стало необходимостью и страстью, ненавистным и желанным, отвратительным и насущным. Это был приказ, и они не могли не повиноваться. Спали они урывками и редко, питались баландой.
Ван Хвизен и его солдаты-киборги обращали в рабство туземцев из местных деревень, и с каждым днем им приходилось уходить все дальше в поисках новых пленников.
Руг! Это стало оружием и молитвой, а с какого-то момента фактически единственной причиной жить. Почти. Но не совсем. Потому что Кольт был не один. С ним был Шарол, с его теплой кожей и светлым смехом: они были товарищами. И сокровища достанутся им, и они отомстят. Надо только выждать.
