«…Сообщи, когда будет всеобщее замирение, а то все с ума здесь сходят и велят вам, что ежели замирения не будет, то пущай все солдаты соединятся заодно и самовольно уходят из окопов и цари пущай сами между собой как хотят, так и воюют. У нас — новый поп, зовут его Ионой, он нам подходящ — подешевле. Прежний нашел себе богатый приход и ушел, а этот и нашему приходу рад, он с дочкой, которая гулять не ходит, сидит дома с книгой, и на улицу ей выйти, видать, не в чем, хотя и поповна. На этой неделе вернулся из лазарета твой приятель Митька Костыль, безрукий и безногий, искалечили третьего у матери, а у Тарасова Ильи убили уже пять сыновей, и осталось в избе пять снох-молодух».
Потом следовали опять поклоны во второй раз и наставления беречь себя, уповать на бога, отца и мать не забывать, начальства слушаться, с товарищами дружить, вперед в деле не соваться, но и от всех не отставать… На этом письмо кончалось. Меня оставляли в покое, и я давал волю воображению, писал уже от одного себя, и притом сколько хотел и что хотел. На этот раз я приписал следующее:
«Братка! В именье графа прислали пленных австрияков с ружьями. Они будут сторожить графа. На днях поймали наших мужиков и отдубасили здорово. Яков кричал: «Пауки!» А урядник: «Тебе место в Сибири!» Поп проповедует: «Много терпели, осталось малость перенести, и внешнего врага одолеете». А мужики свое: «Хватит, попробуй сам». В Суроватихе разгромили солдатки лавку, а виновных не найдут… Вчера пришли к попу Ярунин Егор, Костыль, Яшка и другие: «Служи молебен за свободу». А он только плюнул. А в соседнем селе заставили. На площади поп возгласил многословие за борцов свободы. А в волости, в Дымилове, учитель вывесил красный флаг на школе. Монашки его изорвали. Ночью кто-то школу подсветил, и учитель вылез в окно в одних подштанниках. Хотел я выписать газету, отец не велит, чем больше, говорит, бумаги, тем больше брехни. Сообщи, что думают солдаты, им виднее. А у нас все говорят: зря влезли в эту войну. Японцы нам нахлопали, и немцы нахлопают, потому что все министры — изменщики, а не только Распутин. Верно ли — царя убрали, а царица — шпионка?..»
Но увы, нет дорог
К невозвратному!
Никогда не взойдет
Солнце с запада.
Вот какие письма тогда получали мы от брата Ивана:
